15:14Стало известно, когда завершится строительство храма в честь святого благоверного князя Андрея Боголюбского

14:10На варшавском шоссе начнут действовать 6 пешеходных переходов

12:54Где установят 1500 детских площадок в Московской области

12:16На северо-западе Москвы построили уникальный детский сад с бассейном

11:41Где в Москве откроют 11 новых парковок

10:38Власти Москвы начали продавать землю без ценника

10:05В Екатеринбурге построят самую большую школу

09:30Новые подробности в деле о выселении 92-летней жительницы Зеленодельска

17:53Зачем в Севастополе ремонт дороги за 4 миллиарда рублей

16:41Каким сегодня стал отреставрированный усадебный дом XIX века

16:06Дикая смерть двух рабочих в Татарстане

15:39Кто объявлен подрядчиком для строительства школы в Тучково

14:52Где в Москве построят школы-трансформеры

14:07Сколько недвижимости по специальной цене арендовали в Москве

12:31Когда построят новый пешеходный переход через Павелецкую железную дорогу

На пороге новой эры OPEN BIM

logo russianconstruction.com
На пороге новой эры OPEN BIM
Поисковые теги: graphisoft open bim центр художественной гимнастики в Лужниках

Вместе с Робом Ровом, руководителем международной программы OPEN BIM в GRAPHISOFT, участником международного альянса buildingSMART, занимающегося разработкой открытых стандартов в проектировании


Для дальнейшего чтения материалов, пожалуйста, зарегистрируйтесь или войдите.

— Приведите пример наиболее эффективного применения информационного моделирования в деле снижения затрат на строительство. Возможно, Вы назовете конкретную сумму экономии?

— Я провел большой объем работ по аэропорту Схипхол в Амстердаме. В день на строительство там тратится 1.5 млн.евро — и такие расходы запланированы на ближайшие пять лет. И это лишь строительство, еще полмиллиона они тратят на этапе эксплуатации. Я думаю, для таких сложных объектов как аэропорт Схипхол, применениеи BIM обязательно, именно поэтому я участвовал в налаживании взаимодействия всех участников строительства с помощью OPEN BIM подхода.

— И все же, оцените издержки, хотя бы в процентах.  

— В случае с аэропортом Схипхол, думаю, экономия составила процентов десять. В Великобритании подсчитали, что к 2020 году при помощи информационного моделирования затраты на строительство возможно будет снизить на треть, сроки строительства сократятся и вовсе наполовину.

— Есть страны, которые уже полностью изменили свое законодательство под BIM?

— Если мы говорим о государственных проектах, строительство в BIM — а это значит и обмен проектировочными данными через открытые форматы, самым известным из которых является IFC, существующий в рамках концепции OPEN BIM — является обязательным для некоторых стран Северной Европы, Скандинавии, Нидерландов, Южной Америки и с недавнего времени в Австралии.

— Да, в России также с этого года строительство бюджетных объектов ведется в BIM. Но я говорю о документации — есть ли сегодня страны, где она уже предоставляется исключительно в цифровом формате?  

— Нет, ни в одной. Все последние 20 лет мы поднимаем этот вопрос. И каждый раз крайний срок сдвигается вперед. Думаю, это связано с самой природой строительной отрасли, которая нигде в мире не стремится к прозрачности и открытости. Это действительно закрытая среда.

— Назовите число компаний, которые сегодня пользуются открытым стандартом IFC?

—Думаю, их гораздо больше, чем Вы ожидаете. Потому что люди используют IFC, но не говорят об этом. Использование нейтральных форматов, вне зависимости от ПО разработчика — это современный тренд, если хотите. Что касается разработчиков проектировочных и архитектурных программ, придерживающихся концепции OPEN BIM — в международном альянсе buildingSMART более 120 компаний. В состав участников входят крупнейшие вендоры — среди них Nemetschek Group (в состав концерна входит GRAPHISOFT), Autodesk, также крупные международные строительные и инфраструктурные компании.

— Да, кстати, кто владеет инфраструктурой, которая позволяет компаниям делиться информацией с применением открытых форматов?

— Никто. Вот у вас есть архитектор, подрядчик, инженер. У каждого своя BIM-модель и им надо обмениваться информацией друг с другом. Эту среду мы называем единой информационной средой. Федеративная модель, объединяющая полные данные, формируется, как правило, на стороне заказчика проекта. У GRAPHISOFT тоже есть очень удобное и надежное облачное решение для организации совместной работы над BIM моделью — это BIMcloud. BIMCloud может быть развернут с использованием любых публичных или частных сетей. Я против единых коммуникационных центров.

— Как устроена структура альянса buildingSMART, занимающегося развитием OPEN BIM?

— В buildingSMART International сейчас 20 международных подразделений, в том числе и российское, начавшее свою работу совсем недавно. Далее, существуют всевозможные группы пользователей, которые работают с информацией, поступающей из отделений. А отделения организованы в международный совет, который решает, как именно следует развивать открытые форматы. На данный момент их пять, включая IFC формат.

— В будущем российском стандарте возможна особая специфика?

— Не думаю, что в России появятся местные рецепты. IFC — это международный стандарт.  

— Но будут ли российские строительные материалы и технологии в полной мере представлены через эту модель?

— Конечно, потому что в стандарте есть место для спецификаций. Мы плотно работаем с Мосэкспертизой. Стоит задача по переходу индустрии на информационное моделирование, и мы сейчас отлаживаем прием проектной документации.

— Получается, вы начали процесс цифровизации…

— Да. Экспертиза продолжит принимать документацию в бумажном виде, но они также будут использовать и информационную модель.

— Назовите, на Ваш взгляд, основные направления развития BIM-проектирования?

— Я верю в BIM-ботов! Представьте, вы создаете модель, и робот автоматически проверяет, может ли, например, инвалидная коляска проехать в каждую из дверей. Я разговаривал с разными людьми, которые сегодня разрабатывают такие инструменты.

— Пожалуй, самой неизведанной частью BIM-потенциала остается применение модели в деле сноса или реконструкции зданий. Каких результатов уже удалось достичь здесь?

— BIM еще не настолько стар. Но есть первые примеры по созданию информационных моделей в целях демонтажа ранее построенных зданий. Так в Будапеште провели реновацию стадиона Пушкаша: в ARCHICAD создали при помощи лазерного 3D-сканера объемную модель здания, реконструировали и частично демонтировали.

Таким образом строителям изначально было известно, какие материалы на объекте они еще могут использовать при реконструкции, как лучше переработать будущие отходы. Очевидно, мы стоим на пороге этой новой эры.

— Как вы думаете, по мере того как BIM-кооперация покоряет мир, может быть, мы теряем не то, что древнюю технологию, но сам подход к строительству — авторский и уникальный?

— Я совершенно не согласен. Совершенно. На прошлой неделе у меня был разговор с одним архитектором из Гонконга. Он сказал, что BIM помогает ему стать более креативным. Потому что работа в кооперации создает систему координат, обозначает пределы. Ведь творчество — это всегда импровизация в определенных рамках.

— Да, но раньше рамки задавались авторским эстетическим чувством, а сегодня они определяются извне…  

— У нас должен сложиться новый взгляд на эти процессы. Так, посмотрим на этот шедевр архитектуры с точки зрения экологии (показывает на изображение собора Саграда-Фамилия архитектора Антонио Гауди — прим. автора) — здание не может быть демонтировано без отходов. А теперь посмотрим на этот коттеджный комплекс в Голландии — без строительного мусора здесь можно демонтировать весь поселок.

— Да, но такие постройки выглядит совершенно одинаково: что в России, что в Голландии, что в Гонконге. А Гауди — один на весь мир. Что думаете?  

— Сейчас я покажу Вам один из самых крупных BIM-проектов — Центр художественной гимнастики в Лужниках. Разве это станочная работа? OPEN BIM объединил около 50 проектировочных программ, для создания уникальной волнообразной крыши применялось алгоритмическое проектирование. Я никогда не видел такого раньше и не считаю, что это уступает работам Гауди. Даже больше, я считаю, современная архитектура совершеннее.

— А в России мы больше любим вещи, сделанные с душой. Холодный безупречный расчет, который часто сквозит из современной архитектуры, не отзывается в нашем сердце так, как, например, классические постройки прошлого. Взять тот же Покровский собор — внутри храма скрыто 11 церквей. Некоторые из них больше, некоторые меньше, между приделами проложены причудливые переходы…

— Да, мне нравится это. Но. Его нельзя будет снести без отходов.

— Да, там будет много отходов.

— Возможно, чтобы его построить, потребовалось сто лет. Сейчас нам нужно строить в течение семи месяцев. У нас нет стольких времени, денег, материалов и людей. Я считаю, что на прошлом нам надо учиться — да, защищать его, но и извлекать для себя определенные уроки. Время для независимого творческого поиска ушло, сегодня это уже неуместно.

Беседовал Петр Ларин



Похожие публикации



Партнеры