«Прошлое не воротится…»
Как выяснилось, даже академик РААСН, доктор архитектуры и заведующий кафедрой градостроительства МАРХИ Илья Лежава не готов взять на себя ответственность и провести четкую границу, отделяющую памятники истории и архитектуры от зданий и сооружений, сохранением и охраной которых заниматься нет необходимости.
Об этом он прямо заявил на научно-практической конференции «Новое и старое в современном городе», которая прошла в рамках Международного фестиваля «Зодчество-2012» в ЦВЗ «Манеж».
«Что считать новоделом, что памятником?» - делился Илья Георгиевич своими сомнениями с коллегами и демонстрировал на экране изображения храма Христа Спасителя, гостиницы «Москва», ведущих на Красную площадь Иверских (Воскресенских) ворот.
Храм Христа Спасителя
Среди объектов, якобы вызывающих какие-то сомнения у маститого архитектора, вдруг мелькнула типичная жилая многоэтажка.
«А это что? – поинтересовался академик. – Пройдут годы, и по таким зданиям будут судить о нашем времени».
Его мысль была понятна: мы несем ответственность перед потомками. А потому руководствоваться принципом, сформулированным еще Гиппократом: «Noli nocere!» (Не навреди!)
Академик Лежава предостерег еще от одной крайности, которой порой грешат наши градостроители: «Люди не сколько любуются памятниками, сколько живут или работают рядом с ними, а порой и в них самих. И им нужны коммуникации, услуги, транспорт…» (Слева на фотографии академики Илья Лежава и Игорь Бондаренко).
Новое активно вторгается в наши города. И невозможно сохранить прошлое. На том же Арбате когда-то гремели трамваи, потом по нему прошла правительственная трасса. В последнее время появились стена Цоя, «Принцесса Турандот», «Синий троллейбус».
Арбат получил новый облик. А то, что было когда-то (извозчики, сани, жандарм на углу), навсегда ушло в прошлое.
В конце своего выступления Илья Георгиевич предложил ту концепцию, которой сегодня предлагают пользоваться архитекторы в работе с памятниками, сначала отработать в Москве, а затем распространить по всей России.
Бесконфликтное соседство
Член-корреспондент РААСН, доктор архитектуры, профессор Игорь Бондаренко поделился своим видением проблемы, суть которого он выразил всего в двух словах: «Бесконфликтное соседство».
«Надо ценить отдельные здания, кусочки города, природу. И учитывать интересы жителей, которые не хотят жить в музее», - считает Игорь Андреевич.
Старое и новое мешают друг другу. В провинции ненавидят архитекторов, которые не позволяют поставить гараж рядом с домом. Все захватывает крупный бизнес. А люди оказываются крайними. Им надо дать право вето на любое решение.
Такой Москву никто не хочет видеть (фотоколлаж «Строительство.RU»)
А каждый исторический памятник должен иметь свою территорию, буферную зону, которая поможет сохранить его уникальную ауру. У города, на который надо смотреть как на нечто составное, появятся свои микромиры.
Только тогда исчезнет антагонизм между старым и новым.
Своеобразное развитие идей Игоря Бондаренко предложила в своем выступлении руководитель научно-проектного объединения «Регулирование градостроительной деятельности на исторических территориях и территориях зон охраны объектов культурного наследия» (НПО «Исторические зоны» № 38) ГУП «НИ и ПИ Генплана Москвы» Елена Соловьева. По ее мнению, есть две основные проблемы, негативно сказывающиеся на архитектурном облике наших городов.
Первая — кризис землепользования. До революции 1917 года и некоторое время после нее все руководствовались городским строительным уставом, определяющим права домовладельцев. Теперь пришло время правового беспредела.
Вторая проблема — нехватка специалистов, способных заниматься проектированием в исторической среде.
«Забытый город»
По мнению заместителя председателя Совета по развитию Москвы Союза московских архитекторов Марка Гурари, сохранение исторической среды — это особый вид творчества. Его примером он считает Мавзолей Владимира Ленина, построенный по проекту архитектора Алексея Щусева и органично вписанный в сакральное пространство Красной площади. Рядом с Кремлем — символом государства и Василием Блаженным, матрицей объединения народов, гробница вождя показала, что коммунисты считают себя частью истории.
Подобную творческую задачу решали и архитекторы, участвующие в конкурсе на проект парка в Зарядье. Перед ними стояла непростая проблема: восстановить разрушенные палаты и часть городской стены, за которыми с Москвы-реки открывается вид на Красную площадь, Кремль и Покровский собор.
Именно на этой территории, с которой, по определению Ильи Лежавы, снесли «архитектурный ужас» — гостиницу Россия, а не на присоединенной к столице Новой Москве, по проекту Архитектурного Бюро «Остоженка» надо размещать федеральный центр. Об этом на конференции заявил заместитель директора и ведущий архитектор «Остоженки» Андрей Гнездилов.
В разработанном Бюро проекте «Забытый город» федеральный центр должен размещаться под землей, а над ним устраивается пешеходная зона, отделенная от набережной восстановленной городской стеной.
«Москва не нуждается в развитии на юго-запад, — заявил Андрей Леонидович. — Там надо отдыхать, пить минеральные воды, которых на новой территории города колоссальные запасы, восстанавливаться после болезни, учиться, а не строить жилые дома».
По его мнению, в Москве надо застраивать промзоны, строить на Комсомольской площади главный аэровокзал и замыкать на ней все линии аэроэкспрессов. А еще проводить вдоль реки скоростное метро и тянуть его от Королева до Троицка.
Профессор МАРХИ, архитектор Олег Явейн, в свою очередь, рассказал уже не о проекте, а о реконструкции здания Генерального штаба в Санкт-Петербурге, который в 2014 году станет музеем и примет экспозиции Эрмитажа.
Перед проектировщиками стояла непростая задача: с одной стороны, предстояло сделать так, чтобы картины, выставляемые в музее, получили естественное освещение, с другой — нанести наименьший ущерб архитектуре Карла Росси.
«У нас утеряна культура работы с естественным светом, но именно под него писались картины, — заявил Олег Явейн. — Фонари — это идея, почерпнутая из зарубежного музейного мира. Уникальный россиевский чердак решено реставрировать и просто наслаждаться его совершенством. Здесь будут сооружены деревянные настилы — что-то вроде «экологических троп», по которым посетители музея смогут проходить, не касаясь деталей пространства».
Музей сможет удовлетворить самые изысканные запросы посетителей и «капризы» экспонатов, уверены идеологи проекта. Под временные выставки отдадут пять внутренних дворов, которые будут перекрыты стеклянными конструкциями (что традиционно для музеев) и, таким образом, создадут Новую Большую Анфиладу. Первый этаж здания решен как крытое продолжение Дворцовой площади.
В итоге конференции было принято решение, в котором говорится о необходимости переходить от охраны отдельных проектов к охране уникальной городской среды. А огромные заброшенные территории, которые образовались после прекращения работы заводов, использовать для активного совершенствования городского ландшафта.
Сергей БАЛАНДИН
Фото автора
