16:25Почему с 22 по 23 июня закрывают участок Филевской линии

15:35Подробности ужасной аварии Калининском районе, где самосвал провалился в асфальт

14:52Единая цифровая платформа градостроительной деятельности – что это?

13:55Как продвигается строительство Юго-западного участка БКЛ метро

13:18Где в московском метро появятся современные бесшумные турникеты

12:20В Тюменской области началась реконструкция дороги за 1 млрд рублей

11:47Новые правила сортировки мусора в столице ждут граждан с 2020 году

10:34Какие улицы на западе Москвы заселяют по реновации

09:48Сколько ипотечных договоров заключено в Москве с начала года

09:27В Питере отключилась станция метро «Невский проспект»

09:01Кого экологи Мосгосстройнадзора оштрафовали на 12,5 млн рублей

18:10Какие экскурсии оказались наиболее популярны у москвичей

17:22Как изменится кадастровая стоимость на землю в Санкт-Петербурге

16:16Когда получат жилье 110 переселенцев из аварийного жилья в Рошале

15:32Уникальный детский сад планируют открыть в Столбово

Вот тут-то устой, где кисель густой! Или Чародеи оползневого склона 2

logo russianconstruction.com
Вот тут-то устой, где кисель густой! Или Чародеи оползневого склона 2
Поисковые теги: Источник фото:

«Не будьте лохом» – разделить кредо известного телеведущего Дмитрия Киселева лучше всего прочитав публикуемое ниже продолжение нашумевшей истории строительства коктебельской дачи для главного говоруна с голубого экрана страны.



Для дальнейшего чтения материалов, пожалуйста, зарегистрируйтесь или войдите.

В 2015-2016 году в должности руководителя строительного проекта, я принимал участие в осуществлении работ по укреплению сложного оползневого участка в пос. Коктебель, на отрогах потухшего вулкана Карадаг (Восточный Крым). Особо отмечу сейсмичность района - 8 баллов.

С инженерной точки зрения постановка задачи была необыкновенно интересной: на оползневом участке с уклоном до 70 градусов было необходимо сформировать и надежно закрепить новую террасу под строительство 2-й очереди жилого дома.

Изыскания показали наличие двух совершенно разных по физическим свойствам горных вулканических пород, разделённых условной линией скольжения на глубине около 10м от поверхности склона, а также присутствие скальных пород в верхней части участка.

Первоначально предполагалось устройство необходимой площадки на отметке «-8м» относительно террасы №1, на которой в 2006 году был построен дом из легких конструкций с жилой площадью около 250 м2.

В основании здания - монолитная плита, лежащая, в свою очередь, на монолитном ростверке и буронабивных сваях диаметром 0,6 м. Чертежи и исполнительная документация на выполненные фундаменты отсутствовали. На момент начала работ мы не представляли, с каким клубком проблем нам придется столкнуться.

При геодезическом обследовании сразу было отмечено, что существующее здание имело деформации до 8 см по вертикали. Также была заметна деформация габионов первой ступени и характерные трещины стен и полов внутри самого дома.

Мы не могли понять, что послужило причиной возникновения выявленных деформаций, пока при выполнении земляных работ не обнажилась верхняя часть свай и «тело» ростверка.

Если сваи, выполненные специализированной организацией, являли собой несокрушимую мощь, то построенные хозспособом монолитные ростверк и плита фундамента представляли удручающее зрелище.

Сквозные разрывы в монолите до 3 см шириной, рыхлая слоистая масса бетона с маркой ниже М50, практически полное отсутствие армирования (10 кг арматуры на 1м3 бетона вместо обычных 110 кг/м3), промывы грунта под конструкциями – вот что предстало глазам изумленных строителей.

Если лицо-виновник откровенного брака бетонных работ был понятен сразу, то происхождение столь значимых размывов грунта в аргелитовых глинах заставили нас искать источники поступления вод – и вскоре они были найдены.

Первой и основной причиной обводнения и размягчения грунтов оказалась построенная в том же 2006 году самотечная канализация, все колодцы которой оказались выполнены без герметичного дна. Причина банальна – чтобы при эксплуатации часть фикалий уходила в почву и приходилось реже выкачивать выгребную яму.

Вторым источником поступлений воды был бассейн с морской водой, выполненный так же на 1-м уровне, полипропиленовая чаша которого, вопреки всем инструкциям была установлена без бетонного саркофага.

Когда размягченная фикалиями аргелитовая глина «поплыла», начала деформироваться чаша бассейна и на её дне появились сквозные трещины.

Третьей причиной могли быть дождевые воды с вышележащих отрогов, часть которых, в отсутствии отсекающего дренажа, также могли сезонно подпитывать грунты на участке.

Стало очевидно, что в первоначальном варианте работы выполнять нельзя и вся концепция инженерной защиты склона была оперативно пересмотрена.

Прежде всего, было принято решение о повышении отметки строительства террасы №2 с «-8» до «-3» метров. Это позволило сохранить основную часть существующих буронабивных свай в массе породы и в более полной мере задействовать их при реконструкции.

По границе новой террасы, до отметок ниже линии скольжения были пробурены новые сваи, с организацией на их основе мощного бетонного ростверка и монолитной подпорной стены.

Для стабилизации и изменения физических свойств грунта в основании террасы было выполнено 118 буроинъекционных скважин длиной 8-12 метров, в которые строители закачали десятки тонн жидкого цемента, заполнившего все пустоты грунтового массива.

Подземные ручьи настолько размыли грунт, а давление при нагнетании было столь велико, что в удаленных и неожиданных местах на поверхности участка периодически начинали бить «фонтаны» разведённого цемента. В таких случаях нагнетание приостанавливали на несколько часов, давая возможность цементу схватиться с породой.

Все эти мероприятия, в силу выявленных деформаций склона и конструкций дома, на экспертном совете признали недостаточными. Было принято решение: через тело ростверка, с заранее расположенными в нем закладными трубами, пробурить в направлении скальной породы 46 анкерных свай, каждая длиной более 20 м.

Заложенные в сваи стальные канаты, зафиксированные в горной породе, должны были за счет их последующего натяжения силой до 100 тонн, обеспечить «прижимание» всей новой конструкции опорной стены и грунта, удерживаемого ей, к верхней скальной части склона.

Одновременно с буровыми работами, отдельными «захватками» были организованы работы по частичной замене разрушенных монолитных конструкций 1-й ступени.

Дом разбирать мы не могли, но на всех доступных участках старый бетон был удален, завязаны новые арматурные каркасы и залит новый бетон повышенной марки.

О масштабе проделанной работе по замене разрушенных конструкций можно судить по экспертной оценке стоимости работ: более 6 млн руб. Но главное – это зафиксированный многомесячным геодезическим мониторингом результат наших усилий: развитие деформаций полностью остановилось.

Также была полностью реконструирована система самотечной канализации, а в породы вокруг бассейна выполнено локальное деликатное нагнетание цемента.

Полноценной защиты от ливневых вод по верхней границе участка решили не делать в силу её очень высокой стоимости. Ограничились выполнением перехватывающего дренажа с заглублением до 1,5 м. и отводом воды в ливневую трубу.

Новый одноэтажный жилой корпус второго уровня, площадью более 300 м2, был смонтирован из сборных металлоконструкций заводской готовности на монолитной ребристой консольной плите, с максимальным вылетом консоли 4 метра.

Применение ребристой схемы позволило не только обеспечить необходимую жесткость конструкции плиты, но и значительно уменьшить её толщину и расход бетона.

Более того, арматура ранее выполненных 118 буроинъекционных свай основания площадки была «заведена» в конструкцию монолитной плиты, окончательно объединив в единую объемную схему работы все реализованные мероприятия по укреплению склона, выполнявшиеся поэтапно в течении пяти месяцев и общей стоимостью более 60 млн рублей.

Как я уже упоминал, несущими элементами каркаса жилых помещений на 2-й веранде были металлоконструкции, изготовленные на заводе в Костроме. После пробной сборки на площадке завода, они были промаркированы и доставлены на место монтажа. Проблемы начались там, где их никто не ждал.

Согласно проектного решения, после сборки на болтах, проверки и окончательной обварки металлоконструкций, в сформированном объёме надлежало залить бетоном М300 две монолитные плиты толщиной по 15 см. каждая.

Нижняя плита служила основанием полов, а вторая – верхняя, на отм +2,6 м – плитой перекрытия постройки. Когда строители залили разом 115 тонн бетона в тело верхней плиты, центр тяжести всей конструкции резко поднялся, в результате чего она начала грациозно покачиваться даже от веса рабочих, перемещающихся по ней.

Причиной такой неустойчивости послужило отсутствие в проекте – и естественно, в реализованном объёме – диагональных связей у собранных металлокаркасов, а также крайне малое число стоек-колонн в плоскостях главного фасада и выносной террасы дома.

И если первую проблему нам удалось решить установкой связей, обеспечивающих жесткость и геометрическую неизменяемость конструкций, то с добавлением колонн всё оказалось много сложнее.

Заказчик – Дмитрий Константинович Киселёв – категорически воспротивился увеличению количества стоек, мотивируя своё желание тем, что дополнительные колонны будут мешать панорамному виду на море.

Более того, впоследствии, при выполнении отделочных работ, нам было запрещено выполнить противопожарную защиту и последующую облицовку колонн: «мне не нужны вертикальные монстры в доме, а пожары бывают у тех, кто не следит за безопасностью».

Обсуждение проблемы велось весьма эмоционально и, к моему удивлению, Заказчика поддержал и архитектор проекта: ему тоже очень нравились в интерьере изящные колонны, отшлифованные и окрашенные глянцевой краской.

При таком подходе к вопросам нам оставалось лишь рассчитать величины прогибов выносных консолей, на этапе сборки «отыграть» эти сантиметры, используя подкладки в монтажных лесах, а потом, после демонтажа временных стоек убедиться, что все контрольные точки консолей опустились в проектное положение.

Но, как писал Булгаков: неблагодарность – обычная награда за хорошо выполненную работу. Несмотря на общий успех строительства, отношения между мной, Заказчиком, а главное – его супругой, дали трещину.

Отделочные работы всегда предоставляют клиентам много возможностей для мелких придирок, а в наших условиях повсеместного «штурма объекта», когда все работы из-за сжатых сроков выполнялись практически единовременно, у супруги Заказчика такие возможности, разумеется, были.

По десять раз в день она докладывала по телефону своё видение «проблем», медленно, но верно доводя супруга до необходимой «точки кипения». За месяц такой «работы» результат был достигнут в полной мере.

Прибывший 4 июля 2016 года к месту работ Заказчик даже не стал вникать в суть полученных результатов – я сразу был отстранен от дальнейшей работы без каких-либо озвученных претензий, а главное – без оплаты выполненной мною работы.

Два года попытка решить вопрос мирными средствами понимания не находила, срок исковой давности истекал и поэтому 2-го октября 2018 г. пришлось обратиться в суд.

1-го апреля 2019 г. апелляционный суд Московской области сохранил первоначальное решение, вынесенное судом г. Королев: Д. К. Киселёв обязан полностью рассчитаться со мной за выполненные в период 2015-2016 гг работы.

Сегодня возведённый комплекс стал архитектурной доминантой Коктебеля, настоящим украшением побережья и, надеюсь, задаст тон всей грядущей реконструкции прибрежной зоны. Под стать своему хозяину, который вот уже столько лет непереставая задает нам тон в высоких вопросах гражданского долга и чести.

Владимир Мазурин



Похожие публикации



Партнеры