«В славном городе во Муроме, Во селе было Карачарове, Сиднем сидел Илья Муромец, крестьянский сын, Сиднем сидел цело тридцать лет» – так начинается великая былина, известная всем с детства. Образ богатыря Ильи Муромца – солдата, служившего князю, победившего Соловья-разбойника, Идолище поганое, полчища бусурман - стал одним из культурных брендов России. Впрочем, реальный Илья Муромец, послужил не только на военном поприще, но и на духовном, сменив меч на крест – отдав ратным подвигам много лет, он ушел в монахи, превратившись из воина в инока.
Со временем русский богатырь был канонизирован и стал святым в лике Преподобного. Именно потому на иконах его обычно изображают в монашеских одеждах, но с мечом в руках. Сила духовная и сила ратная сливаются здесь воедино.
Мы съездили на родину богатыря, в те места, где он, по преданию, родился и вырос.
Дорога к храму
...Погожий летний денек, теплый воздух конца августа уже слегка пропитан предосенним холодком. Воздух чист и звенит от пения птиц.
На южной окраине города Мурома, там, где высокий берег Оки утопает в яблонях и вишнях, расположилось Карачарово – ранее отдельное село, а теперь микрорайон в городской черте. Добраться до него непросто – узкая дорога петляет среди рощ и частного сектора пока не выносит нас на живописный спуск к великой русской реке.
Именно здесь на косогоре располагается полуразрушенный в годы советской власти, а сейчас активно восстанавливаемый Троицкий храм. Массивная белая башня высоко вознесла свою главу над окскими берегами. Крест виден издалека.
Троицкая церковь на высоком берегу Оки
Когда- то храм на горе был центром притяжения для верующих. Церковь была построена в 1828 году, на высоком берегу Оки. Место выбрано не случайно. С одной стороны – рядом святой источник, который по преданию чудесно забил там, где совершил «скок» богатырский конь Ильи Муромца.
С другой стороны, согласно древним легендам, эта церковь не первая: когда-то здесь существовал деревянный храм, для которого сам народный герой вынес на берег три мореных дуба, выловленных из Оки.
Владели сельцом Карачаровым многие аристократы - Черкасские, Нарышкины, Шереметевы. Но лишь при Разумовских была возведена в камне Троицкая церковь.
Правда, время и политические бури, бушевавшие в стране, не пощадили памятник архитектуры – в 1930-е, во время притеснений веры, церковь закрыли для прихожан и превратили в склад, а в 1960-х, в эпоху хрущевских гонений на религию, храм был частично разрушен.
Восстановление началось только в 2005-м году - тогда отреставрировали колокольню и перевезли сюда из Киево-Печерской лавры частицу мощей Преподобного Ильи Муромца. В 2012 – поставили новый купол и крест на само здание храма, и только совсем недавно, с 2019 по 2023-й, провели восстановление главок, крестов, кровли, кирпичной кладки стен, обмазку фасадов и реставрацию сохранившейся живописи в интерьерах. В 2025 году на территории храма открыли памятник Преподобному. Но работы здесь предстоит еще много.
Памятник Преподобному Илье Муромцу в Карачарове
Все время, что церковь находилась в запустении и разрухе, оставалась нетронутой лишь огромная четырехъярусная колокольня - высокая, в классическом стиле. Ее одинокий силуэт заметен издалека, многое видно и с самой колокольни - и спокойную гладь Оки-реки, и дали Заречья. Именно в этой колокольне, в резной деревянной раке покоится частица мощей знаменитого богатыря.
Домик Ильи Муромца
А за храмом и колокольней – крутой спуск к Оке с фантастически красивым видом на реку и вот, наконец, главная культурная достопримечательность Карачарова – восстановленная с помощью историков и археологов типичная средневековая изба и подворье. Именно так могла выглядеть усадьба Ильи Муромца.
По дороге к усадьбе
Встречают нас крепкие дубовые ворота. Они надежно заперты от непрошенных гостей. От ворот, окружая всю усадьбу, идет частокол - суровая необходимость тех лет. Двигаясь по настилу, примыкающему к частоколу изнутри, человек в полный рост вполне прикрыт от огня и обзора, зато сам неплохо видит все что происходит за забором – для этого в частоколе сделаны небольшие проемы – бойницы, чтобы можно было «поглядывать» вокруг.
Ворота запирались на крепкий засов
...а частокол хорошо защищал от непрошенных гостей
Спускаясь к реке, частокол понижает уровень, позволяя хорошо наблюдать пути подхода неприятеля. Вести прицельную стрельбу из лука по идущему снизу противнику – отсюда гораздо легче.
Так и встает перед глазами легендарная картина про трех богатырей - старого, зрелого и молодого - которые неустанно стерегут землю русскую. Оглядывают родные просторы из-под руки: не появятся ли на горизонте полчища врагов.
Впрочем, образ этот художественный, в реальности сбора знаменитой троицы никогда не было. Дело в том, что Илья Муромец, Алеша Попович и Добрыня Никитич – жили и служили на Руси в разные времена. Воедино их собрала народная фантазия, а затем увековечил на холсте художник Васнецов.
Так что три богатыря образ скорее собирательный - образ соборной силы земли русской.
Главная изба
Внешний обвод комплекса - оборонительный, а внутри – главная изба и хозяйственные постройки.
Первое, что бросается в глаза: деревянная архитектура, как и в Кижах – практически без применения гвоздей. Бревна плотно пригнаны в стык и не нуждаются в креплениях. Пожалуй, в старину тяжелая кропотливая работа деревянных дел мастеров была больше похожа на искусство, нежели на ремесло.
Главная изба усадьбы Ильи Муромца
Впрочем, и крепкое ремесло тоже присутствовало. Мастера тщательно отбирали материал, учитывая породу, возраст и даже время заготовки дерева. При технологии «без гвоздей» рубка происходила «в обло» - в бревне вырубалась чаша, в нее закладывалось следующее бревно – и так соединялась вся постройка.
Любопытно, что в некоторых областях встречались постройки с намеренно нарушенной симметрией. Например, «пляшущие» выпуски концов бревен. Это придавало постройкам особенно художественный вид.
"Пляшущие" бревна
Что и говорить, русское плотницкое мастерство и в XII веке было на высоте. А в 21-м его попробовали повторить реконструкторы.
Реконструкция ратных атрибутов, которые могли принадлежать Илье Муромцу
Внутри избы, как водится в доме богатыря, выставка оружия и утвари. Щиты, шеломы, топор, и как же без гуслей?
Рядом с домом - навес для хозяйственных нужд и телега, до сих пор источающая запах свежего дерева.
От всех этих строений веет чем-то простым, родным, до боли знакомым. Двенадцатый ли век на дворе или двадцать первый – русская изба остается русской избой. Запах теса, деревянное царство...
Зимний дом
Изба для холодов строилась особо: мощные балки-слеги, на которые укладывались толстые бревна в три обхвата. Таков и этот дом, чем-то напоминающий самого Илью Муромца – кряжистый, мощный. Правда, войти в него можно, только нагнувшись, чтобы не задеть притолоку. Наши предки были пониже ростом?
Крыша у зимней избы была суперэкологичной. Никакой гидроизоляции не требовалось
Слеги:
Длинные жерди или брусья, которые используют в строительстве, как несущий элемент. Основная функция слег – нести нагрузку. Именно они воспринимают вес настила. В сложной самцово-слеговой крыше слеги связывают фронтоны – самцы и фиксируют всю конструкцию.
В традиционном русском зодчестве слеги были ключевым элементом. Такая система позволяла строить без гвоздей, полагаясь на геометрию и точные расчеты плотников.
Слеги крупным планом
В углу зимней избы замечаем глинобитную печь, так называемую курную. Отсюда и название «курная изба». У такой печи не было дымохода – дым уходил через окно. Топка печи имела сводчатый потолок и плоское дно – под. Устье закрывалось заслонкой, а перед ним имелось небольшое пространство для утвари – чугунов, сковородок – шесток.
Как строились курные печи:
В старину курные печи строились так. Сначала делалось опечье – деревянный сруб, который заполняли камнями. На камни укладывались бревна, которые закреплялись глиной. Так получалось основание для печи – под. Уже на нем сооружали своеобразный каркас-опалубку из дерева. Отдельно выкладывали устье. Затем в готовый каркас очень плотно утрамбовывали глину. После того, как печь затапливали, деревянный остов внутри прогорал и оставалась прочная глиняная форма.
Глинобитная печь - одна из первых печных конструкций на Руси (фото сделано в Музее печи в Муроме)
Достоинства и недостатки печи-прародительницы:
У печи-прародительницы были как достоинства, так и недостатки. Дым, имеющий атисептические свойства, обеззараживал избу, защищая дерево от гниения и сырости. В таком доме хорошо сушились и сохранялись грибы и ягоды. Это, безусловно, плюс.
Но и недостатков у такого типа обогрева было предостаточно. И главный из них – дым. Поскольку у курной печи не было трубы, дым выходил через устье, растекался по потолку и лишь потов выветривался через волоковое окно или дверь. Естественно, потолок в такой избе быстро делался черным, закопченным.
Более поздний, цивилизованный, вариант курной печи (фото сделано в Музее печи в Муроме)
«Белые» печи, которые в неизменном виде дошли до нас, и которые до сих пор можно встретить в некоторых деревенских домах, появились гораздо позже – в 18 веке. Сложены они были уже не их глины, а из кирпича-сырца и имели дымоход. Такие печки являлись одновременно и плитой, и отопительным прибором, и лежанкой.
Любопытно, что по легенде, Илья Муромец «пролежал на печи тридцать лет и три года». Но в 12 веке, во времена былинного богатыря, существовали только глинобитные курные печи купольной формы. Неувязочка, над которой до сих пор ломают голову историки и этнографы. Есть версии, но оконательного ответа пока нет.
Хозяйственные постройки: ледник и кенос
Особое место среди построек в усадьбе занимает ледник (погреб). Четырёхстенный сруб, углублённый в землю, с дерновой крышей и специальной ямой для хранения льда. Его использовали и зимой, и летом – для хранения продуктов и заготовок.
Крыша ледника покрыта землей и дерном для теплоизоляции. Крутые ступеньки ведут нас в погреб, достаточно широкий и вместительный для того, чтобы хранить припасы на всю семью.
Погреб-ледник
Но особая "фишка" карачаровских владений - это, пожалуй, кенос.
Кенос - это летний домик усадьбы, двухэтажный четырёхстенный сруб с галереей на столбах и тесовой кровлей. В старину часто возводили постройки по сезонам – например летнюю и зимнюю церкви. Здесь та же логика. Кенос – неотапливаемый дом для летнего сезона. Выполнен он на столбах, и несмотря на утилитарность (внутренне убранство небогато), украшен коньками.
Дополнительный антураж добавляют лестницы, перила и ручки, которые выполнены из цельного необработанного дерева - с корой и сучками.
Кенос:
Летний неотапливаемый дом, который был распространен среди финно-угорских племен. В древности в районе города Муром проживало финно-угорское племя «мурома». Отсюда и пошло название города. И название «кенос» - тоже финно-угорское.
Особенно популярны были у народа «мурома» двухэтажные кеносы. Первый этаж служил кладовой-амбаром для хранения продуктов, а второй – спальней и местом хранения одежды. Для освещения второго этажа устраивали небольшое волоковое окно.
Пол и потолок в кеносе делали из аккуратно подогнанных досок из сосны или пихты. В теплое время года семья переселялась в кенос. Здесь хранились принадлежности для прядения, ткачества и шитья, а также развешивалась одежда.
К 12 веку племя «мурома» было полностью ассимилировано восточными славянами. Но память о нем сохранилась в топонимике и...постройках.
Лабаз – еще одна утилитарная постройка, предназначенная для хранения зерна. В русской деревне тех лет это было хозяйственное деревянное строение, часто возведённое на столбах, чтобы запасы не достались вредителям, зверью или сырости. Тяжелая скатная крыша из толстых бревен не давала ржи промокнуть.
Рядом с домом – печка-саманка. Это летняя кухня: здесь в жаркий сезон готовили еду чтобы не нагружать атмосферу в избе. Прикрытая навесом о четырех столбах, она удобна для приготовления пищи и в жаркий зной.
Так и представляешь себе легендарного Илью, похаживающего по своим владениям и по хозяйски оценивающего, все ли в порядке.
Кто-кто в Карачарове живет...
Дом Ильи Муромца – безусловно, место силы. Недаром все участки земли вокруг застроены частными домами - люди хотят здесь селиться. Есть ощущение, что и жизнь здесь протекает по-особому. Без суеты и спешки, с ощущением силы, спокойствия и достоинства. С уважением к близким и дальним.
Местная застройка здесь как будто создана для спокойного отдыха и работы на земле. Ни одной малой избы или захудалого коттеджа. Все дома добротные, сделаны на совесть.
...Мы прошлись по земле села Карачарова, где родился и вырос герой былин Илья Муромец. Он оставил по себе память и в исторической, и в духовной ретроспективе, став одним из столпов народной культуры. Возможно, и до сих пор живут в селе, ставшем микрорайоном Мурома, потомки Ильи. По крайней мере еще в 19 веке историки писали, что «... на родине Ильи Муромца, в селе Карачарове, которое в нынешнем столетии принадлежало еще графу Разумовскому, а потом досталось графу А.С. Уварову, есть крестьяне Ильюшины, присвояемые в потомство славнаго богатыря....».
Даниил МАЦЕЙКО















































