Иваново, снискавшее благодаря событиям двух прошлых веков имена «Русского Манчестера», «Третьей столицы революции» и «Города невест», числилось до 1871 года селом Шуйского уезда Владимирской губернии. Именовавшись в документах разных лет и Ивановским, и Иваново-Кохомским, оно принадлежало князьям Черкасским, а после свадьбы века (XVIII века, когда сочетались законным браком Петр Шереметев и Варвара Черкасская), объединившей состояния двух богатейших дворянских родов России, вошло в состав обширных землевладений Шереметевых.
Предполагают, что село Иваново еще в 1561 г подарил Черкасским, родственникам своей второй жены, Марии Темрюковны, Иван Грозный. Черкасские позже попали в немилость, и Иваново стало собственностью князей Скопиных-Шуйских, а в 1638 г. вернулось от последнего в роде Шуйских князя Ивана Ивановича к Черкасским. За 20 лет до этого село упоминалось в книгах Троице-Сергиевой лавры как Ивановское. Вообще же с названиями Иваново и Ивановское в окрестностях насчитывалось 15 сёл, чем могут объясняться некоторые разночтения в изложении истории города разными исследователями.
Археологические раскопки доказывают существование при впадении в приток Клязьмы реку Уводь ручья Кокуй поселения XV века. В 1579 г. здесь существовал Покровский мужской монастырь, и при нем возникла слобода. В годы Смуты у стен обители разбили лагерь интервенты, и нынешняя улица Станко до революции именовалась Панской.
Монастырь основали в 1579 году князья Черкасские в ознаменование взятия Казани, произошедшее как раз на праздник Покрова в 1552 г., и владельцы села в том сражении принимали участие. Они же заказали для обители список с только что обретенной чудотворной Казанской иконы Богородицы. Покровский монастырь порой именовали Троицким –источник 1632 года сообщает о нахождении в обители клетской Троицкой церкви с приделами Покрова и Сергия Радонежского. Рядом стояла деревянная шатровая, Казанская церковь. В 1693 г. в обители возвели каменный пятиглавый, с большой шатровой колокольней, Покровский храм, с посвящением главного престола Казанской иконе Богоматери и боковых приделов – празднику Покрова Богородицы и Сергию Радонежскому. В ходе секуляризации 1764 г. Покровский монастырь, несмотря на неоднократные прошения графа П. Б. Шереметева, нового владельца села, упразднили, и храмы стали приходскими.
В начале XIX века ивановские купцы Иосиф, Иван и Ермолай Гандурины испросили разрешение на строительство каменного, зимнего, Троицкого храма взамен старого, деревянного, который они на свои же средства перенесли в 1815 г. на Успенское кладбище, где он был переосвящен как Успенский. Новую Троицкую церковь, построенную по проекту архитектора Я. Я. Маричелли и признанную лучшим в городе образцом классицизма, освятили в 1819 г. Во второй половине столетия ее реставрировали на пожертвования известных ивановских фабрикантов Гарелиных. Еще один известный предприниматель, Н. А. Бабурин, оплатил строительство монастырской богадельни. В черте монастыря нашли последнее пристанище многие видные горожане – Соков, Гандурины, Гарелины, Куваевы, Щаповы, Дербенев, Маракушев и другие. После объединения села и посада в город Покровский и Троицкий храмы стали соборными.
Успенская старообрядческая церковь на ул. Фрунзе
Успенская церковь продолжала путешествовать: в 1904 г. по инициативе и на средства Д. Г. Бурылина, прославившегося не только своим текстильным предприятием, но и созданием великолепного музея, этот храм перенесли со Старого Успенского на Посадское кладбище. Храм прописался по нынешней улице Фрунзе, где пережил потрясения XX века, оказался в перечне архитектурно-исторических памятников, взятых Советской властью под охрану, побыл музеем, послужил старообрядцам, но в веке XXI сгорел (вот судьба!), и от оставшихся руин восстановлен.
Успенский собор Успенского монастыря. Первая пол. XIX в.
В 1931 г. новые власти распорядились снести Покровский и Троицкий соборы. На их месте по проекту архитектора А. В. Власова построили большое здание театра
На момент перехода села от Шуйских к Черкасским Иваново состояло из 123 дворов и упомянутой монастырской слободы. Но уже во второй половине «бунташного» столетия разрослось. Историки отмечают, что «пашенных» дворов в Иванове насчитывалось 38, а «непашенных» – 274, обработкой земли и дарами ее жил 101 крестьянин, а 717 занимались разными промыслами. В основном, торговали холстами, которые ткали на дому, а также скупали у мастериц «пашенных» дворов. Прялки имелись в каждой избе, за ними появлялись и ткацкие станы. Холсты белили, красили, набивали узорами. Торговали в 23 лавках и 36 ларьках, называемых полками. В селе стояли уже три церкви, работали две мельницы. Открывались столярные мастерские, где изготавливали и чинили станки и другие атрибуты ткацкого ремесла.
Отбирать у богатеющих крепостных деньги среди дворян считалось моветоном – напротив, они всячески способствовали процветанию предприимчивых крестьян, бывало, ссужали им средства, давали ответственные поручения и поручительства, а то и приобретали им работников, записывая, понятно, на себя.
На сегодня древнейший архитектурный памятник города – XVII век – украшенная кирпичными узорами «Щудровская палатка», бывшая приказная изба Черкасских, где позже купец Щудров открыл набойное производство. Тем не менее, ценителю старины центр города предстает собранием замечательных образцов строительного искусства XIX-XX веков, от классицизма и эклектики до модерна и конструктивизма.
Дом С. О. Ясинского (предположительно – арх. А. Ф. Снурилов) – яркий образец ивановского модерна
В центре ткацкого края
Уже в 1742 г. в Иваново появляется первая полотняная мануфактура крепостного крестьянина Г. И. Бутримова, посадившего за ткацкие станки свыше сотни ткачей. За ним открыли свои предприятия крестьяне Е. И. Грачев, И. М. Гарелин, потом и другие ивановские фабриканты. Выпускали фламское полотно, парусину, прочие льняные ткани. Продукция расходилась по России и шла за рубеж, в том числе на пошив скромной одежды английской бедноты, солдатского обмундирования и парусов для королевского флота. Конечно, с прибылью исполняли ивановские ткачи заказы российских оборонных ведомств.
«Дом крепостных мануфактуристов Грачевых» - ул. Колотилова, 43
Осип Степанович Соков несколько лет работал в Шлиссельбурге на мануфактуре Лимана, где досконально изучил все тонкости отделки тканей. И, вернувшись, открыл на берегу Уводи большую отделочную мануфактуру. Переброшенный поблизости мост через реку прозвали Соковским – в 1960-х его заменили железобетонным. С открытием соковского предприятия интересы ивановских предпринимателей стали смещаться от ткацкого к отделочному производству.
Соков и другие фабриканты начали закупать в Англии и Средней Азии хлопчатобумажные ткани, а вскоре и сами освоили их производство. Предприниматели активно использовали труд надомниц: женщины в домах и светёлках пряли, дети мотали клубки, мужчины трудились на фабриках.
Казанская церковь перестроена из производственного корпуса мануфактуры Сокова в 1810 г. Арх. Я. Маричелли
Шереметевы в конце XVIII в. распорядились построить дошедшее до нашего времени двухэтажное здание вотчинной конторы (Крутицкая, 33), которое дополнили конюшней и домом для прислуги, образовав таким образом городской усадебный комплекс.
Одна из визитных карточек города – вид на ситцепечатную фабрику Я. Н. Фокина
Наполеоновская блокада Англии, вынужденно поддержанная Россией, поспособствовала развитию торговых связей с восточными странами, а роковой пожар Москвы в 1812 году, уничтоживший и столичную ткацкую индустрию, открыл перед ивановскими фабрикантами новые рынки сбыта текстильной продукции. Уже через пять лет после дня Бородина село Иваново обозреватели российской прессы ставили в один ряд с крупными центрами ткацкого производства – годовой выпуск достигал семи миллионов царских рублей в денежном выражении. Население выросло до пяти тысяч жителей, в то время как в соседних деревнях и селах численность проживающих составляла человек 90-100 и менее.
Застройка оставалась преимущественно деревянной, за исключением разве что промышленных зданий, и город не раз сильно страдал от пожаров. Изначально село располагалось внутри излучины Уводи, и в сетке улиц одни протянулись вдоль берега, другие – пересекали их почти под прямым углом. По берегу тянулись красильни и светёлки. Позже на окраины и сюда, к реке, стало смещаться из центра производство: ставили новые корпуса фабрик, а старые перестраивали под жилье. В 1817 г. жилой фонд города состоял из 1099 деревянных и 88 каменных зданий; работали 155 предприятий, причем 26 трехэтажных кирпичных корпусов было возведено на крупных мануфактурах. Набирая силу, они поглощали окрестный малый бизнес.
«Образцовый» дом со скругленным углом
К середине столетия число каменных зданий росло: строились двухэтажные особняки по «образцовым» проектам – классические, со скругленными, иногда только в верхнем этаже, углами, одно- и двухэтажные каменные и полукаменные, с рубленым вторым этажом.
В 1820-х на фабриках начали появляться первые паровые машины; в 1838 г. открылась первая прядильная фабрика. А в 1853 г. Я. П. Гарелин установил на своем предприятии механические ткацкие станки, и вскоре век ручного ткачества завершился.
Разбогатев, крепостные фабриканты выкупались у Шереметевых на волю и строили фабрики, дома для себя и казармы рабочим на окраинах села и на другом берегу Уводи. Понемногу застраивались берега впадающих в Уводь рек Талки и Харинки. Из нескольких слобод – правобережных Воробьевской (Ильинской), Дмитровской и левобережных – Вознесенской, Троицкой сложился Вознесенский посад, в 1853 г. официально зарегистрированный в этом статусе. Говорят, посадские с ивановскими долго не ладили.
Соединенный банк. 1883 – 1914. Перестроен и надстроен вторым этажом арх. А. Ф. Снуриловым
В центре Вознесенской, самой крупной слободы посада, возвышался приземистый, распростертый в плане храм Вознесения Господня с луковичным пятиглавием над позакомарной кровлей, построенный в 1851 г. по образцовому проекту К. А. Тона на средства купцов Бабурина, Зубкова, Дурденевского и Петровского, давший название и слободе, и посаду и, отчасти, городу. Через шесть лет храмовый ансамбль дополнили колокольней (архитектор Н. К. Рейм). Рядом расположились здания Городской думы и Гостиного двора.
Храм вместе с колокольней снесли в конце 1920-х. В наши дни его решили восстановить, но уже в другом месте – поблизости от железнодорожного вокзала. Правда, с тоновским проектом новое воплощение общим имеет разве пятиглавие, но позлащенные главы не луковичные, а шлемовидные, и благодаря значительной высоте стен и световых барабанов все строение словно возносится ввысь, к небу, вторя теме праздника Вознесения Господня.
Незадолго до объединения села с посадом под именем Иваново-Вознесенска и со статусом безуездного города сюда пришла железная дорога. Стальные рельсы связали ивановские предприятия с промышленными центрами России, водные пути вели на Урал, Волгу, на восток и юг. С легкой руки академика В. П. Безобразова город прозвали Русским Манчестером. Пройдут годы, и текстильное производство в английском городе, известным теперь по знаменитой футбольной команде, уйдет в прошлое. Рост оборотов ивановских же текстильщиков продолжался и в XX веке, достигнув поразительных масштабов.
Население безуездного Иваново-Вознесенска достигало 10,5 тысяч человек и продолжало расти. В городе работали 44 предприятия, преимущественно ткацких и ситценабивных, 194 лавки, 21 трактир, 8 харчевен, 52 кабака, пять училищ, больница, библиотека, велись службы в 11 храмах. Из 1746 жилых домов 199 были каменными.
Ивановские фабриканты
Большинство ивановских текстильных королей происходили корнями от толковых крепостных крестьян, в недавнем прошлом открывших свое дело и выкупивших себя на волю. Шли годы, спрос на продукцию рос. Одни хозяева, не выдерживая конкуренции и прочих трудностей, продавали свои предприятия, другие их скупали. Капиталы концентрировались в руках нескольких известных семей. Они и конкурировали, и кооперировались, и роднились: Гарелины с Зубковыми, Бурылины с Куваевыми. Немалые доходы позволяли фабрикантам понемногу отходить от дел, препоручая руководство фабриками наемным управляющим.
Корпуса фабрики Кокушкина и Маракушева
Иван Маракушев, сосредоточивший в руках капитал в 20 млн рублей, считался богатейшим фабрикантом города. История этого состояния начиналась с фабрики П. П. Кокушкина, которую позже приобрел имевший свое ситценабивное производство дальний родственник владельца, Захар Кокушкин. А отец И. К. Маракушева женился на дочери Кокушкина, и они вместе с тестем основали Торговый Дом, и наследник его возглавил. Он перестроил все предприятие, возвел несколько новых корпусов, и годовой оборот только его механической ткацкой фабрики, где трудились 1300 рабочих, достигал трех миллионов рублей.
Советская власть переименовала предприятие в Ново-Ивановскую мануфактуру, а после войны – в ткацко-отделочную фабрику имени Н. А. Жиделева, революционера, депутата первого Совета, работника советских и партийных органов, при Маракушеве работавшего здесь подмастерьем. О фамилиях богатых фабрикантов напоминают дома №№ 20 и 36 на Московской улице, единственной в центре города сохранившей свое историческое название: они принадлежали А. М. Кокушкину и А. П. Маракушеву.
Усадьба самого И. К. Маракушева находится на улице Батурина, бывшей Ивановской. Павел Батурин, соратник Фрунзе, возглавлял губсовнархоз Иваново-Вознесенска, а потом отправился на Гражданскую на смену Дмитрию Фурманову комиссаром Чапаевской дивизии и погиб вместе с легендарным комдивом. Гибель комиссара описана Фурмановым в романе Чапаев.
Роскошная усадьба Маракушева, выстроенная архитектором Н. Д. Шевяковым в 1913-14 гг. на месте прежнего семейного домовладения, состоит из главного дома, хозяйственного и служебных помещений, скверика, украшенного фонтаном со скульптурами и парка с кирпичной беседкой. Еще один фонтан, также со скульптурой, устроен у восточного фасада особняка.
Главный усадебный дом – симбиоз модерна и неоклассицизма – кирпичное двухэтажное здание с фасадами, отделанными керамической плиткой и в отдельных частях оштукатуренными. Два его корпуса стыкуются углами, причем к большему по размеру примыкает полукруглая застекленная веранда. Постройка выделяется крупными эркерами с лепниной на античные темы, гирляндами, медальонами, гермами, каннелированными колоннами и пилястрами. Эркеры венчают фигурные аттики, наряду с характерными изгибами карниза отвечающие своей геометрией стилистике модерна.
Интерьеры блещут отделкой: камины, мраморная лестница, бронзовые ограждения, бронзовые светильники, дверные ручки и прочие детали, скульптуры, роспись плафонов зала сюжетами из древнегреческой мифологии, лепнина.
Ивановские краеведы и любители истории родного города изучают родословное древо крупных промышленников Гандуриных. Еще в 1808 г. крепостной Шереметевых Андриан Гандурин основал «ткацко-красильное заведение», в годы Советской власти получившее имя фабрики имени 8 Марта. Тогда производство было полностью автоматизировано. Старые корпуса один за другим снесли – на их месте выросли новые производственные здания. Испытаний XXI века орденоносная «фабрика-автомат» пережить не смогла, и её помещения занял торговый центр.
«Серебряный город» - торговый центр в бывших фабричных корпусах
Еще в XVIII веке поставляли на продажу холсты в Астрахань крепостные Шереметева Василий, Михаил и Андрей Гандурины. Дело продолжали сыновья Василия Ермолай, Иван и Осип. Сын Ермолая Антон открыл набойное производство, перешедшее к племяннику, Михаилу Лаврентьевичу Гандурину, построившему новые цеха, оснащенные машинами.
Усадьба Гандуриных
Было у Михаила Гандурина шесть сыновей, и двое из них, по кончине родителя, от семейного дела отделились, основав собственное предприятие, «Товарищество мануфактур Н. и Л. Гандуриных», а остальные продолжали развивать отцовскую фабрику, учредив паевое товарищество «Антон Михайлович Гандурин с братьями». В 1914 г. фабрика перепрофилировалась в обувную с занятным названием «Крокодил».
Здание фабрики А. М. и С. М. Гандуриных
Отделившиеся братья Лаврентий и Николай жили на одной улице, сейчас носящей имя Пушкина, а тогда прозывавшейся Пески.
Кирпичный угловой дом №9 с эркером, фронтонами, аттиком, парадным залом и большими вестибюлями на каждом этаже построен для Л. М. Гандурина в 1908 г. П. А. Заруцким в два этажа. Архитектор А. А. Бречалов в 1937 г. нарастил здание в длину вдоль проезда и надстроил еще на один этаж.
Дом Николая Гандурина, двухэтажный особняк в русском стиле, также кирпичный, с соответствующим декором фасада, бросается в глаза прежде всего целым ансамблем из шатровых башенок и аттиков, соединенных ажурными решетками.
Гандурины наравне с другими ивановскими фабрикантами и купцами активно участвовали в общественной жизни города, делали значительные пожертвования на строительство и ремонт храмов и социальные нужды. Интересно, что один из потомков ивановских предпринимателей – Александр Николаевич Гандурин – занимал пост министра бытового обслуживания РСФСР, а сын его, Виктор Александрович, защитил степень доктора технических наук.
Ул. Колотилова, 49. Здесь находились предприятия Грачевых и Гарелиных
Гарелины, равно, как и Бурылины, оставили о себе добрую память. Мы, не в первый раз переоценивая историю, сейчас относим на второй план тему эксплуатации наемного труда, поставленную во главу угла идеологией прежней власти, и говорим об эффективности производства, налаженного заводчиками и фабрикантами, о конкурентоспособности их продукции, о вкладе в развитие искусств и участии в решении социальных проблем. Наверное, это правильно, да и вообще судить мерками века нынешнего события седых веков… скажем так, контрпродуктивно. Но игнорировать тему возникающих при бурном развитии капитализма противоречий еще хуже. Потому что история, бывает, повторяется, и не только в виде фарса.
Памятник царской семье у Казанской церкви
Летопись этой династии текстильных фабрикантов начинается с открытия в 1751 г. набойной фабрики крепостным еще Черкасских Иваном Матвеевичем Гарелиным. Сын его Мефодий отцовское предприятие успешно развивал и занимал по оборотам третье место в будущем городе. В год, когда восстали декабристы, на фабрике М. И. Гарелина появилась первая ситцепечатная машина – на конной тяге. Наследники хозяина фабрики, Петр и Никон выкупились из крепостных и вступили во II, а затем и в I купеческую гильдию. Отцовский бизнес братья в 1843 г. разделили. Прославились своими делами потомки Никона Мефодьевича И. Н. Гарелин, сын его А. И. Гарелин с супругой и сын Петра Мефодьевича Я. П. Гарелин.
Усадебный («новый») дом Гарелиных
Фабрика «Никон Гарелин и сыновья» расположилась там, где раньше встали корпуса мануфактуры Е. И. Грачева. Управляли предприятием младшие сыновья Никона Мефодьевича, в то время как старший, Иван, открыл свое дело на левом берегу Уводи. Его ситценабивная фабрика поселилась в старых цехах мануфактуры Батурина, отцом выкупленной. И. Н. Гарелин построил новые корпуса, а сын его Александр в 1880-х приступил к масштабному обновлению и расширению производства – при нем покончили с ручной набойкой; на фабрике построили электростанцию.
Фабричные здания возводились в кирпичном стиле, с элементами традиционного русского декора, а то и готики. Ближе к рубежу столетий в постройках текстильных предприятий начинает проявляться влияние модерна. Как правило, это меньшие по размеру служебные помещения, например, пожарное депо или контора на фабрике А. И. Гарелина.
Наращивание объемов производства требовало притока рабочей силы. На территории фабрики выстроили три трехэтажных корпуса казарм для рабочих, два дома для служащих, амбулаторию, фактически больницу на 23 койки. Вдоль Вознесенской (ныне – ул. Жиделева) разбили сад.
«Бывший дом Гарелиной» на ул. Кольцова. После революции в нем открыли клуб рабочей молодежи
Социальными проблемами работников озаботилась жена А. И. Гарелина Мария Александровна. По ее инициативе вдоль Всесвятской (Ермака) улицы в 1897-1898 гг. срубят 20 деревянных домов, рассчитанных на 2-4 семьи каждый – «колония для служащих и рабочих». К домам прилегали приусадебные участки. В годы русско-турецкой войны Гарелины устроили госпиталь для раненых солдат и офицеров.
Смольная, 3. Одно из зданий лечебно-благотворительных учреждений Гарелиной – детский приют
На Смольной (б. Гарелинская!) улице, в продолжение поселка, Гарелина строит комплекс лечебно-благотворительных учреждений, включающий родовспомогательный дом, детский приют, училище и библиотеку. На Детской улице ее стараниями появляется «больница для хроников». П-образный главный корпус, часовня, сторожка и хозпостройки – все это возводится уже из кирпича ивановским архитектором А. Ф. Снуриловым.
Создававший свои архитектурные творения в стилях неоклассицизма и модерна, Снурилов начинал в 1892 г. помощником главного архитектора П. Г. Бегена, заслужил его уважение и рекомендации. Жил и строил Снурилов в Иваново, и при Советской власти работал техническим руководителем проектных мастерских, но наиболее удачными считают его дореволюционные постройки.
Дом Кошелева – свойственная модерну композиция с асимметричным фасадом, непропорционально высоким аттиком в сочетании с классическим портиком
Среди них особняк Е. М. Кошелева на Московской, торговые ряды братьев Куражевых (ул. Смирнова, 3),
От Торговых рядов Куражевых (1914-1915) остался только один корпус
Магазин Куражевых (пр. Ленина, 5)
дом представителя швейцарской фирмы А. Д. Дюрингера (ул. Марии Рябининой, 28), жилые дома П. Д. Голубева на Б. Воробьевской, 4, А. Н. Кокурина и В. И. Волкова (ул. Станко), И. А. Полушкина (пр. Ленина, 40),
дом с магазином И. П. Головина (Садовая, 62/37), перестройка фабричных корпусов под гостиницу «Центральные номера Н. П. Шахова» (ул. Степанова).
Дом с магазином И. П. Головина
В проекте главного усадебного дома Дюрингера (1914), Снурилов использовал западноевропейские мотивы, словно возводил средневековый рыцарский замок.
В то же время большие трехчастные окна под щипцовыми кровлями убедительно подчеркивают соответствие основным чертам модерна. Угол фасада закреплен полукруглой башней – постройка асимметрична, и эта асимметрия выразительна, настойчива.
Дом купца П. Д. Голубева. 1910
Двухэтажный дом купца Голубева, выстроенный архитектором несколько раньше, в 1910 г., также Г-образный, и также асимметричный. Первое впечатление – кирпичный куб, украшенный типичными для модерна конструктивными и декоративными элементами.
Ризалит главного фасада выступает вперед не сильно, начинается от окон первого этажа и завершается простой формы аттиком. Прорезанный узкими проемами аттик бокового фасада фланкируют тумбы-пилоны. Трехчастное окно вызывает воспоминания об омега-образных порталах, так часто применяемых зодчими модерна. Ритмичность рисунку фасадов задает строй пилястр. Основательное строение своим видом словно подчеркивает стабильное положение своего хозяина, его уверенность в успехе, непоколебимость.
Магазин М. А. Кошелева, вероятно, также проектировал А. Ф. Снурилов
Пётр Беген, учитель Снурилова, дослужился до должности владимирского губернского архитектора, работал много, и от напряжения получил нервное расстройство. После чего оставил службу и тихо доживал свой век в имении жены брата, занимавшего пост ивановского городского головы.
Владимирский храм. (1907-1908). Реставрирован в 1990-х
Из видных его построек во Владимире – духовное училище и исторический музей, а в Иваново-Вознесенске – особняк Н. М. Гандурина на пл. Пушкина, больница для мастеровых и рабочих, Владимирский храм и, конечно, прозванная Красной Введенская церковь.
Введенская церковь (1900-1907)
Это пятиглавый трехапсидный бесстолпный храм, возвышающийся над перекрестком Шереметевского проспекта, улиц Громобоя (партийная кличка ивановского большевика Р. М. Семенчикова, погибшего на каторге в 1911 г.) и Спартака. Сооружение Введенскогохрамового комплекса началось в 1900 г. на средства Гарелиных, Бурылиных, Маракушева и других ивановских промышленников. При храме открылся женский монастырь – тогда же соорудили ограду, келейные корпуса и весь ансамбль дополнился колокольней проекта И. К. Русакомского.
Кирпичное здание с выступающими апсидами выделяется ризалитами по трем фасадам с щипцовыми завершениями, подбитыми бахромой узора. Декор из арсенала русского узорочья щедро украшает стены и барабаны церкви – здесь и зубчики, и ширинки, и сдвоенные-строенные арочки оконных проемов, и наборные полуколонки, и аркатуры воспаряющих световых барабанов.
Фрагменты ограды Введенского монастыря
Ограда храмового комплекса представляет собой выполненные в стилистике модерна стальные решетки, укрепленные в кирпичных столбах, а по углам возвышаются башни: прямоугольная, под кровлей-епанчой, и восьмиугольная, формой напоминающая кремлевскую, с бойницами-машикулями. В наши дни ограду изрядно поновили.
Другой высокий храм, возведенный по заказу А. И. Гарелина в русско-византийском стиле самим Ф. О. Шехтелем, поднялся над рабочим поселком на Всесвятской улице. Пятиглавый, с щипцами прорезанных арочными окнами ризалитов, облицованный мрамором, украшенный мозаиками и декором храм Спаса Всемилостивого расписывали ученики Строгановского училища. Паникадила и мраморные иконостасы изготовили по рисункам Шехтеля. В 1930-е храм, как и многие другие церкви Иваново-Вознесенска, снесли.
Преображенский собор построен учителем Шехтеля архитектором А. С. Каминским в 1893 г. на средства Мефодия Никоновича Гарелина на Запольной (ныне – Колотилова) улице, тогда – городской окраине, близ фабрики. Восьмерик на четверике, увенчанный луковками пятиглавия. Главки с перехватами на вытянутых барабанах устремляют все строение ввысь. Белоснежные стены отделаны кирпичным узором – ширинки, арочки, килевидные кокошники. Характерный для храмового ансамбля прием – строенные, с повышением в центре, кокошники. Этот рисунок повторяется в декоре соединенной с храмом притвором трехъярусной колокольни.
Ильинская церковь расположена недалеко от усадьбы Гарелиных
Упомянутую выше больницу для мастеровых и рабочих (ул. Ермака, 3) строили по инициативе Я. П. Гарелина на участке, безвозмездно переданном для этого городу другим крупным предпринимателем, Ф. П. Зубковым. Главный корпус больницы не сохранился, а вот хирургический, возведенный по проекту еще одного видного ивановского архитектора, С. В. Напалкова, стоит и поныне.
Больница для мастеровых и рабочих. Хирургический корпус
Выполненный в форме буквы «Н», он отличается выступающими вперед ризалитами по углам фасадов, завершенными небольшими щипцами, а также большими окнами операционных, обеспечивающими нужное освещение. Средняя часть постройки, сдвинутая от центральной оси, возведена в три этажа, и к ней примыкает полукруглый вестибюль, появившийся позже.
Сергей Викторович Напалков вернулся в родной город по окончании Московского училища живописи, ваяния и зодчества. И 20 лет, с 1894-го, служил городским архитектором.
Здание Торговой школы. Здесь учился Дмитрий Фурманов
Его воплощенные проекты, украсившие город, обращены к стилистике эклектики, неоклассицизма и модерна. Он строит корпуса Куваевской больницы, усадебный дом текстильщика Н. М. Полушина, особняки купцов и фабрикантов, здания женской гимназии и торговой школы, технической конторы Млынарского, арестантский дом, перестраивает пожарную часть…
Арестантский дом таковым не выглядит… Ул. 10 августа, 35
И дом для себя на Крутицкой, 22, где в январе 1914 г. скончался.
Большой больничный комплекс из восьми кирпичных корпусов выстроил на свои средства фабрикант И. В. Небурчилов. В годы Первой Мировой здесь были расквартированы солдаты пехотного полка, и больничный городок прозвали «Небурчиловскими казармами», а улице дали имя Небурчиловской – теперь это улица Парижской коммуны.
Яков Петрович Гарелин унаследовал отцовскую ситцепечатную фабрику в 1844 г. и активно занялся ее переустройством и модернизацией. Он установил в цехах современные печатные многоколерные машины, французские центробежные отжимательные аппараты, резко нарастил объемы производства и за свои достижения удостоился звания потомственного почетного гражданина, мануфактур-советника и ордена св. Станислава III ст. В 1865 г. на фабрике случился пожар. Гарелин фабрику восстановил, но интерес к дальнейшему развитию производства, видимо, утратил. И в 1870-и сдал ее в аренду отцу и сыну Грязновым, наследники которых потом фабрику выкупили.
Корпуса построенной Я. П. Гарелиным Больницы для мастеровых и рабочих (богадельня и детский приют)
А Яков Гарелин занялся добрыми делами. Он вошел в состав губернского земского собрания и Шуйского земства, продвигал идею объединения села и посада в единый город, участвовал в строительстве железной дороги до Кинешмы, построил училище и больницу, посадский Гостиный двор, устроил на Садовой улице первый в городе бульвар. Избранный в 1870-х городским головой, он организовал учреждение мужской гимназии и реального училища. Яков Гарелин – признанный краевед и просветитель: им опубликован ряд работ, в том числе, как считают, лучшая книга об истории города: «Город Иваново-Вознесенск или село Иваново и Вознесенский посад», которой и поныне пользуются исследователи прошлого родного края. В своем доме Я. П. Гарелин устроил общественную библиотеку. Ограду для усадебного парка Гарелина выполнил А. Ф. Снурилов в лучших традициях модерна. Сам парк хозяин тоже завещал городу.
Гордость Иванова - Музей Бурылина
Еще одна больница на улице Ермака носит имя Куваевской. В очень далеком 1793 г., когда во Франции бушевала революция и летели головы, крепостной крестьянин Шереметевых Я. Е. Куваев основал свое набойное производство, в 1817 г. ставшее ручной набойной мануфактурой. Сын Куваева Иван и внук Харлампий родительское дело развивали. Дочь Харлампия Куваева Надежда стала женой Николая Геннадиевича Бурылина, представителя другой текстильной фамилии и участвовала в делах предприятия вместе с мужем, фабрику возглавившим.
Большая Ивановская мануфактура
Николай Бурылин поставил новые фабричные корпуса, оснастил их передовым оборудованием, электрофицировал и в 1887 г. учредил паевое «Товарищество Куваевской ситценабивной мануфактуры», ставшее потом называться Большой Ивановской мануфактурой, а с 1960 г. – ткацко-отделочной фабрикой имени О. А. Варенцовой. Продукция мануфактуры удостоилась медали Нижегородской ярмарки 1896 г., предприятие – звания поставщика императорского двора, а Н. Г. Бурылин, также активно вместе с супругой занимавшийся благотворительностью, был избран Почетным гражданином города.
На Куваевской мануфактуре впервые в мире применили дуговую сварку – изобретение российского инженера Н. Н. Бенардоса
Куваевская больница занимает целый квартал на северо-западе исторического центра города. Это комплекс из нескольких зданий, построенных на средства супругов Бурылиных архитектором С. В. Напалковым в 1909-1910 гг. в кирпичном стиле: главный и служебный корпуса, двухэтажный дом врачей, баня-прачечная, кухня с погребом, часовня-покойницкая и караульня, обнесенные оградой. Главный, двухэтажный корпус распростерт буквой «Ш». По центру и краям выступают ризалиты, завершенные аттиками. Окна первого этажа обрамляет неразрывный пояс, второго – оформлены лучковыми сандриками, и в обоих этажах – замковыми камнями. Лопатки внизу рустованы, в верхней же части украшены напусками. Бурылины построили больницу и содержали ее.
В роду Бурылиных ткацким делом промышляли еще со времен князей Черкасских. Ну, и при Шереметевых. Диодор Андреевич Бурылин в 1812 г. построил ситценабивную фабрику в Иванове, потом, выкупившись, открыл предприятие в посаде, наладил торг на крупных ярмарках страны – Нижегородской, Ростовской, Ирбитской.
Богадельня на Ярославской, 20/1 со времен Бурылиных приросла мансардой
Потомки с уверенностью называли Диодора Бурылина основателем Вознесенского посада. Он устроил на свои деньги богадельню и пожертвовал на строительство единоверческой Благовещенской церкви, собирал книги, монеты и прочие редкости. До конца дней своих фабрикант из крепостных вел дела и в 1860 г. по дороге на ярмарку погиб от рук грабителей.
Когда семейное производство возглавил внук Диодора Бурылина Дмитрий, то приступил к его обновлению, модернизации и наращиванию объемов выпуска. В 1895 г. была основана еще одна фабрика, отбельная. В 1909 г. предприятия объединились в «Товарищество мануфактур Д. Г. Бурылина» и к 1914-му удвоили капитал. Кроме того, Дмитрию Бурылину принадлежала доля в Шуйско-Егорьевской мануфактуре.
Не забывая о делах, Д. Г. Бурылин быстро пополнял свои коллекции раритетов. Его собрание российских и зарубежных орденов, медалей и монет достигло к середине 1880-х ста тысяч единиц. Он приобретал старинные книги, антиквариат, картины, оружие, в том числе отдельно – времен войны 1812 года, а еще привез из Египта мумию…
Мумия хранится в художественном музее
В 1893 г. Бурылин выкупил набойный корпус мануфактуры В. Игумнова, переоборудовал его под женскую профессиональную школу и здесь же устроил первую выставку своей коллекции. Дмитрия Геннадьевича, состоявшего членом нескольких научных обществ, считали одним из самых образованных в городе. Экспонаты из его собрания привозили в Москву, в Исторический музей.
Набойный корпус мануфактуры Игумнова
В коллекцию Бурылина вошли 14 томов газетных и журнальных вырезок, посвященных творчеству и жизненной позиции Льва Толстого, с которым фабрикант был знаком и переписывался, а также публикации в печати периода русской революции 1905- 07 гг.
Музей промышленности и искусства, он же – Музей Бурылина – находится на пересечении проспекта Ленина (в этой части – б. Александровской улицы) и улицы Батурина. Здание по заказу мецената спроектировано победившим в конкурсе московским архитектором П. А. Трубниковым и возведено в 1915 г.
Монументальная постройка с колонным портиком ионического ордера и ризалитами включает два основных, цокольный и антресольный этажи. У входа посетителей встречают статуи Гермеса и Афины. Рустовка, арочные ниши, треугольные фронтоны, аттики относят здание музея к выдающимся образцам ивановского неоклассицизма. Интерьеры богато декорированы мозаикой, лепниной, бронзовыми деталями, отделаны ценными породами дерева.
Музей промышленности и искусства
При строительстве, кроме традиционных кирпича и штукатурки, применили железобетон, задумали разместить в помещениях обсерваторию, кинозал и оборудовать особняк лифтом. В состав музея входили лекторий, библиотека, концертный зал и биостанция. Тщательно систематизированное владельцем собрание составили древнеегипетская, античная, масонская, нумизматическая коллекции, предметы живописи, ткани, изразцы, древлехранилище рукописей и старопечатных книг. Часы французской работы показывают время в 37 городах мира, время восхода и захода Солнца, дни недели и месяца по четырем календарям: юлианскому, григорианскому, иудейскому и магометанскому.
Удивительные часы когда-то принадлежали герцогу Альбе
Со стоящим напротив домом Д. Г. Бурылина музей связывал подземный ход, где также разместили часть экспозиции. Про тоннель в народе сложили легенду, что в полночь в нем появляется призрак женщины и прогуливается, осматривая коллекцию.
Усадьба Бурылина начиналась с одноэтажного дома середины XIX века, который он в 1902-03 гг. перестроил и надстроил вторым этажом, полагают, что по проекту Снурилова. а еще через два года дополнил ансамбль читальней имени Л. Н. Толстого, в которой открыл библиотеку. Еще в усадебный комплекс вошли флигель, гараж, конюшня и тенистый сад. Постройки исполнены в стиле модерн.
Главный дом – ступенчатый, с ризалитами, облицованный глазурованным кирпичом, угловой. Угол на пересечении фасадов срезан и украшен эркером с полукруглым балконом. Белоснежное обрамление оконных проемов контрастирует с цветом стен. Над эркером возвышается граненый купол, из-под которого выступает изогнутый карниз аттика с трехчастным окном. В противоположной стороне фасада устроен также купол, но с четырехскатной кровлей. Наряду с традиционными элементами модерна в решении фасадов использованы классические детали – треугольные фронтоны. Окна разнятся формой и размерами, но ритм их чёток, расстановка симметрична. На южном фасаде выделяются витражи.
Во внутренней отделке – сдержанная роскошь: мрамор, бронза, опять же витражи. Сегодня в здании размещается Музей ситца – филиал Ивановского историко-краеведческого музея имени Д. Г. Бурылина.
По соседству находится одноэтажный усадебный дом И. Д. Бурылина. Его еще называют «Домом сына». Построено здание в 1915 г. по проекту П. А. Трубникова главой Куваевской мануфактуры Н. Г. Бурылиным в подарок племяннику, который занимал должность инженера и заведовал технической частью отцовского предприятия.
Образец декоративного ситца в стиле модерн производства Куваевской мануфактуры
Дом и вообще вся усадебная архитектура – образец неоклассицизма, начиная с лучковых фронтонов над входными арками и заканчивая рустовкой и полуколоннами ионического ордера. Входная группа помещена в плоскости срезанного угла – над порталом с также лучковым фронтоном возвышается – отголосок модерна – непропорционально большое арочное окно, над которым тоже выложен фронтон, но уже треугольный. Кровлю оформляют аттики и парапет с восьмигранными тумбами.
Судьба самого хозяина-мецената после революции печальна. Его, естественно, лишили всего состояния, но оставили жить в полуподвале и назначили хранителем музея, который он еще до Октября передал городу. Потом был донос, разбирательства и, не вынеся этого, Бурылин скончался. Коллекцию раздраконили; часть ее осталась в Иваново, часть отправили в музеи Москвы, Ленинграда, других городов России, а некоторые экспонаты признали идейно вредными и уничтожили.
Памятник Д. Г. Бурылину на проспекте Ленина
Прошли долгие годы, но ивановцы не забыли Бурылина. Музей и библиотека носят его имя, в сквере установлен памятник. Инициативная группа намерена добиваться переименования улицы Батурина в Бурылинскую. Одна из экспозиций – музей объединяет семь филиалов и отделов – посвящена работам другого знаменитого ивановца, модельера с мировым именем Вячеслава Зайцева.
Вот и грянула буря
Гостиница «Национальная» за спиной памятника Ленину. Надстроена с сохранением изначального завершения фасада
Царская Россия не была страной всеобщего благоденствия. Экономика империи развивалась семимильными шагами. Появлялись все новые технически оснащенные предприятия. Росла концентрация капитала. Росла и армия труда, армия тех, кому нечего терять. Резко увеличивалась пропасть между бедными и богатыми.
Проспект Ленина. Жилые дома Е. С. Кониной и И. И. Зимина схожи фигурными аттиками
Нельзя сказать, что для снижения остроты противоречий не делалось ничего. Правительство Николая II сократило рабочий день с 14 до 11,5 часов. Приняли трудовое законодательство – не то, чтобы прогрессивное, но ведь другого и не было. Ввели страхование несчастных случаев.
Крестьянам отменили выкупные платежи. Тем не менее, многие из них, оказавшись предоставленными самим себе, с бременем свободы, точнее, пришедших вместе с ней рисков, не справились и продолжали пополнять ряды городского пролетариата.
Пассаж Торгового дома И. А. Соколова
Иваново-Вознесенск в годы бурного развития капитализма, по заметкам современников, выглядел серым морем бревенчатых хижин, среди которых дымили трубами ткацкие фабрики и стояли каменные особняки их владельцев. Убогие поселки на окраинах и за городской чертой окрестили Ямами, Голодаихой, Рылихой, Сахалином. В центре росли, как грибы, трактиры, кабаки и лавки торговцев, наиболее успешные из которых воздвигали «пассажи» - прообразы будущих торговых центров. Население города между тем выросло до 170 тыс. человек.
Новоявленные капиталисты к испытаниям нового времени оказались не готовы. Для рабочих строились казармы-общежития, но плотность их заселения оставалась высока, и не все видели свет в конце тоннеля. Ткачам выдавали ссуды на строительство собственных избушек, однако долги следовало годами выплачивать, и не для всех эта ипотека стала по плечу. Заводчики, постепенно отошедшие от дел, погрузившись в общественную и светскую жизнь, передоверяли управление заводами и фабриками наемным управляющим, которые с рвением выполняли свою работу. Пролетариев штрафовали, обсчитывали.
Дома купца Самокатова и хозяина фотомастерской Сергеева (перешёл банку Рябушинских) вписаны в современную застройку Театральной улицы
Особенно славилась своими жесткими порядками т.наз. «Компания» - принадлежащая Н. Ф. Зубкову «Большая Дмитровская мануфактура». Именовалась она так по названию слободы. Текстильщики «Компании» забастовали первыми – уже в 1879 г. На подавление второй стачки, в 1895 г., потребовалось вызывать войска.
Благотворительные акции, предпринимаемые видными купеческими фамилиями, остроты проблемы не решали. Тем более, что иные заводчики и фабриканты сочувствовали ревнителям свобод, а то и поддерживали противников действующей власти, полагая, что с ее ослаблением сумеют выторговать для себя новые преференции. А революционеры шли в народ. Как писал в известной работе В. И. Ленин, «Декабристы разбудили Герцена. Герцен развернул революционную агитацию. Ее подхватили…»
И. Е. Репин. Арест пропагандиста
Первый марксистский кружок организовала в Иванове-Вознесенске О. А. Варенцова, ранее осужденная за участие в движении народовольцев и потом примкнувшая к социал-демократам. Варенцова вступила в переписку с Лениным, встречалась с ним в Уфе. Кружок перерос в «Рабочий союз», а в начале 1900 г. стал ядром созданного Варенцовой по поручению Ленина «Северного рабочего союза», охватившего несколько губерний.
Памятник Ленину. Памятник «Молодым революционеркам текстильного края»
К началу событий 1905 г. рабочее движение в городе возглавляли большевики. В мае началась всеобщая стачка текстильщиков Иваново-Вознесенска и окрестных городов, продлившаяся 72 дня. Действиями рабочих руководили Ф. А. Афанасьев, М. В. Фрунзе, А. С. Бубнов, С. И. Балашов и другие.
Бастующие заняли здание мещанской управы и избрали Совет рабочих депутатов, взявший на себя не только руководство забастовкой, но и управление городским хозяйством вплоть до запрета продаж алкоголя, а также организовал рабочую милицию. После нескольких заседаний под давлением властей депутаты перенесли место собраний на берега Талки.
Памятники Ф. А. Афанасьеву и О. А. Варенцовой
Напряжение нарастало. Выступления иваново-вознесенских ткачей были подавлены. В столкновениях с полицией, казаками и черносотенцами погибли Ф. А. Афанасьев, доставившая в город оружие О. М. Генкина, арестовали Фрунзе, Бубнова и других организаторов стачки, начались репрессии против депутатов Совета. Революционный опыт иваново-вознесенцев высоко оценил Ленин, а первый Совет стал прообразом органов власти будущей рабоче-крестьянской державы – республики Советов. За Иваново-Вознесенском закрепилось имя третьего города революции – после Москвы и Петербурга.
Усадьба А. И. Соколова, сына главы Торгового дома «Соколов Иван и сыновья». Арх. И. Е. Бондаренко. 1911
О причинах русской революции вот уже сто лет рассуждают мыслители от Розанова и Ильина до Михалкова и Кончаловского. Следующие за 1905-м годы стали эпохой быстрого роста промышленного и торгового капитала. Первая Мировая принесла ивановским фабрикантам новые заказы – для фронта – и новые доходы. Но цены в лавках росли, народ нищал, успехи русской армии сменялись поражениями. 10 августа 1915 г. власти приказали открыть огонь по рабочей демонстрации – погибло 30 человек. Начались аресты.
После свержения в феврале 1917-го монархии иваново-вознесенские рабочие воссоздали Совет, реквизировали для его заседаний особняк фабриканта И. Н. Полушина, заняли 15 мест в меньшевистском Комитете общественной безопасности, начали собирать отряды Красной гвардии.
Проспект Ленина, 84. Бывший особняк И. Н. Полушина – дом, где была провозглашена Советская власть
К октябрю власть в городе фактически принадлежала большевикам. Вечером 25 октября Д. А. Фурманов зачитал депутатам Совета полученную из Петрограда телеграмму о низложении Временного правительства – и с этого момента в Иваново-Вознесенске установилась Советская власть.
Революционный город и правдивый конструктивизм
Из городка заштатного в 1917 г. Иваново-Вознесенск становится центром Иваново-Кинешемского продовольственного района, в 1918-м – Иваново-Вознесенской губернии и Ярославского военного округа, в 1929-м – Ивановской промышленной области. В течение XX века происходили частые административные переустройства, менялись границы и состав областей. Новое имя – Иваново – город получил в 1932 г., а окончательные границы области установили в 1994-м.
Клуб И. А. Кулакова (1911) стал клубом подростков и рабочей молодежи, потом – Домом учителя
С окончанием Гражданской войны остро встали вопросы восстановления порушенной экономики, строительства жилья для рабочих, новых образовательных, медицинских, досуговых учреждений, организации общественного транспорта. Постепенно возрождалось производство на старых фабриках, строились новые. Часть существовавших ранее предприятий укрупнили, другие перепрофилировали. Первой начала выпуск продукции Большая Ивановская мануфактура. Открыли две новые прядильные фабрики, за ними – Ивановский меланжевый комбинат. На бывшей ситцевой фабрике Полушина организовали производство подошвенной резины, предприятие Гандуриных преобразовали в металлообрабатывающий завод. Иваново называли уже «Красным Манчестером».
Дом Советов с цитатой Ильича на брандмауэре
Вступили в строй завод торфяных машин, завод силикатного кирпича, маргариновый завод, мясокомбинат. Приступили к проведению общегородского водопровода, канализации, к электрификации всего города. В Иванове появились автобусы и трамваи. Территория города увеличивалась присоединением к нему прилегающих рабочих поселков и слобод.
Политехнический институт. Архитекторы И. А. и И. И. Фомины
Еще в 1918 г. декретом Ленина был учрежден Иваново-Вознесенский политехнический институт, в 1930-м разделенный по специальностям на четыре самостоятельных вуза. Открылся медицинский институт. Действовала разветвленная система фабрично-заводских и ремесленных училищ.
Медицинский институт. Арх. Н. И. Кадников
Новой стране была нужна новая идеология. Одни храмы беспощадно сносились, другие обезглавливали и отдавали под склады и прочее хозяйственно-бытовое использование. Улицы получили имена вождей, ивановских революционеров и революционных событий. Перетекающие из одной в другую Георгиевская, Александровская и Николаевская несколько раз сменили названия и в 1960 г. стали проспектом Ленина, Большая Шереметевская – проспектом Фридриха Энгельса (сейчас – Шереметевский проспект). Негорелую переименовали в Советскую, Основу – в Садовую, Кокуй и Пахотную объединили в улицу 10 августа, Большая и Малая Голявы получили имена первого секретаря обкома КПСС А. Н. Смирнова и Красногвардейской. Всесвятской присвоили имя Ермака – но не покорителя Сибири, а большевика-подпольщика В. Е. Морозова, то была партийная кличка революционера, погибшего в дни Московского восстания в 1917 г. Также увековечены в названиях улиц города партийные псевдонимы Р. М. Семенчикова – «Громобоя», И. Н. Уткина – «Станко»; список довольно большой.
В ноябре 1924 г. в городе открыли бронзовый памятник Ленину – у его подножия проходили демонстрации. После войны, когда в Иваново пришло многоэтажное строительство, старый памятник передали в музей, а на прежнем месте установили новый, на высоком постаменте.
Масштабное строительство жилья началось в городе уже в 1920-х. Иваново стало одним из центров реализации идей архитекторов конструктивизма. Строились рабочие поселки, жилые и общественные здания.
В «Первом Рабочем посёлке», на Строительной улице
«Первый Рабочий поселок» выстроили в юго-западной части города в 1924-26 гг. по проекту московских архитекторов под руководством Л. А. Веснина. Здесь предполагалось воплощение идеи города-сада: регулярной планировки с организованным движением транспорта и обширными зелеными зонами, садами-огородами и детскими площадками. Основу составили двухэтажные дома четырех типов, рассчитанные на 10, 8, 4 или 2 квартиры. Здесь же возвели ясли, школу, биостанцию, амбулаторию. Вскоре недалеко от вокзала вырос «Второй Рабочий поселок». Появились новые дома вокруг фабрик, построенные рабочими жилищно-строительными кооперативами.
Дом РЖСКТ «Прогресс» на Палехской улице
Проектирование планировки и застройки «третьего города революции» велось под руководством известных архитекторов А. П. Иваницкого и Л. А. Ильина.
Сельскохозяйственный банк. Арх. В. А. Веснин
К концу 1920-х в городе возводят и крупные общественные здания. По проекту В. А. Веснина строят Сельскохозяйственный банк («Ивсельбанк»), на углу Почтовой – Центральный почтамт (Г. С. Гуревич-Гурьев), рядом со старым – новый железнодорожный вокзал (В. М. Каверинский), на месте храмового ансамбля Покровского монастыря – Драматический театр (А. В. Власов).
В начале Первого Рабочего поселка на улице Красных зорь вырос огромный «Дом коллектива» (И. А. Голосов), дом-коммуна на 400 двух- и трехкомнатных квартир с отдельными санузлами, но, для двухкомнатных, с общими кухнями в двухквартирных блоках. Несколько «знаковых» конструктивистских зданий появилось на проспекте Ленина и прилегающих к нему улицах.
Эти дома не оставили вниманием ни прежние путеводители, ни современные туристы-блогеры. Они имеют свои имена – «Дом-корабль», «Дом-подкова», «Дом-птица», «Дом-пуля».
Первый из названных возведен в 1929-30 гг. по проекту Д. Ф. Фридмана. Это – композиция из двух корпусов. Главный, пятиэтажный, со скошенным торцом, вытянулся вдоль проспекта и своими выкрашенными в темно-красный цвет стенами действительно напоминает обводы корабля. Впечатление усиливает двухступенчатый восьмиэтажный второй корпус, он примыкает к первому в завершении постройки и выглядит кормой с капитанским мостиком. Над остеклением магазинов в первом этаже и под окнами пятого в вытянутом корпусе проходят галереи балконов, подобные леерному ограждению. Эркеры и два разреженных ряда одиночных балконов выступают из плоскости фасада. При строительстве применены железобетонные конструкции перекрытий над первым этажом, стены же выложены из кирпича и оштукатурены. Квартиры в этом доме – преимущественно двухкомнатные, но просторные и со всеми удобствами.
«Дом-подкова» - так он видится с высоты – предназначался для проживания сотрудников ОГПУ. Он построен ивановским архитектором А. И. Пановым в 1934 г. на улице Громобоя. Фасад шестиэтажного здания выгнут подковой, и выделяется мощными ризалитами, которые изначально имели пять этажей, а уже после войны были достроены до шести. Динамичность ризалитов подчеркивают вертикали треугольных балконов, выступающих из толщи кирпича, и колонны, поддерживающие, будто приподнимающие центральный ризалит. Восприятие постройки оживляет сплошное остекление в средней части первого этажа фасада. Среди квартир – а их 104 – есть и двух- и шестикомнатные, с кухнями, раздельными санузлами, кладовыми и встроенными шкафами – не в каждом доме и спустя полвека можно было видеть такую планировку.
Еще одно выдающееся здание, окрещенное «Домом-птицей», выстроил в 1927-28 гг. на проспекте Ленина (№53) ивановский же архитектор В. И. Панков. «Дом-птицу» отвели под школу имени 10-летия Октября. В плане двухэтажное строение подобно птице с распростертыми крыльями. Особую выразительность ему придает башня-обсерватория со шпилем, опоясанная открытой галереей. Стены выполнены из кирпича; перекрытия – деревянные. «Дом-птицу» относят к редким примерам советского модерна – но это была всё та же эпоха, когда творческие натуры, не боясь никаких преград, широко распахивали крылья, будто устремляясь в небо.
Общежитие текстильного техникума
«Дом-пуля» - административное здание ОГПУ, выросшее в начале 1930-х на проспекте Ленина (№37) по проекту Н. И. Кадникова. Оно также построено из кирпича с железобетонными элементами, оштукатурено и окрашено. Это четырехэтажный прямоугольный корпус с высокой колоннадой и трехэтажным полукруглым объемом в торце, отчего и укрепилось у горожан в мыслях сравнение со смертоносным предметом. Впрочем, иные при взгляде на «Серый дом» - так его еще называли – поёживались. В 2008 г. в доме случился пожар, и верхние этажи здания выгорели, а нижние оказались залиты водой. После долгих обследований здание лишили статуса объекта культурного наследия, обтянули сеткой и, очевидно, снесут.
Здания Губстрахкассы (Г. Г. Павин, 1927) и гостиницы «Центральная» (Д. В. Разов, 1930) на Шереметевском проспекте
Конструктивизм, пусть с наслоениями-реминисценциями других стилей, будь то модерн или «красная дорика» И. А. Фомина, с лишенными декора фасадами, тем не менее, не превращался в нечто архитектурно обезличенное благодаря свободной компоновке объемов и полету авторской мысли, фокусируя внимание смотрящего на те или иные элементы, играющие важнейшую роль в обеспечении прочности, надежности строения.
Новый железнодорожный вокзал. Арх. В. М. Каверинский. 1930-1934 гг.
В то же время исполненные в этом стиле объекты не примитивны – скорее, убедительны. И в то же время многие из них, кроме разве гигантских, почему-то кажутся уютными, особенно когда речь идет о застройке кварталов. Они смотрятся бесхитростными, простыми, но это также просто, как правда. Как сказал по другому поводу Максим Горький.
А правда еще и в том, что эти здания за столетие так и не стали архаичными.
Иваново вчера и сегодня
Война не дошла до Иванова – ивановцы уходили на войну. В первые же дни началось формирование и отправка на фронт, помимо призванных, еще двух добровольческих батальонов, затем – полка народного ополчения имени Фурманова и трех стрелковых дивизий. Здесь учились летать на советских самолетах летчики эскадрильи «Нормандия – Неман».
У Вечного огня в Сквере Памяти
На предприятиях до 10 часов увеличили рабочий день, выпуская, в первую очередь, продукцию для нужд армии, 40 тыс. человек направили на возведение рубежей обороны, собирали средства на авиасоединение и танковую колонну. Звания Героя Советского Союза за годы войны удостоились 34 воина-ивановца.
Ткацкий станок как памятник в зале ожидания вокзала
Война сильно проредила мужское население города. На фабриках большей частью трудились женщины. Трудились неплохо – к 1948 г. достигли довоенного уровня. Но демографический перекос, из-за которого текстильную столицу прозвали «городом невест», хотя и сильно уменьшился, остается по сей день. 1247 женщин на 1000 мужчин приходилось в 2005 г. Невеста в нарядном платье, кокошнике и с прялкой заняла законное почетное место на новом городском гербе. Ивановцы этим прозванием гордятся и в день города, в конце мая, устраивают зрелищный «Парад невест».
Гербы города – советский и современный
В городе строились новые предприятия, большей частью – тяжелой промышленности: заводы тяжелого станкостроения (ИЗТС), чесальных машин, «Точприбор», «Автокран», модернизировали и автоматизировали старые фабрики и заводы. Несудоходным каналом соединили Уводь с Волгой, сняв остроту проблемы водоснабжения растущего города: население к концу 1980-х приближалось к полумиллиону человек. Быстрыми темпами возводилось жилье, объекты соцкультбыта, магазины. В городе появился троллейбус.
Дом владельцев ситценабивной фабрики Дурденевских в окружении шедевров нового времени
В перестроечные и постперестроечные годы Иваново, как и все города страны, прошло через тяжелые испытания. Численность населения снизилась до 356 тыс. человек. Но значительная часть текстильных и швейных фабрик продолжают работать, выпускают продукцию заводы ИЗТС, «Кранэкс», «Автокран», «Ивэнергомаш», предприятия химической, пищевой промышленности, развиваются торговля, гостиничный бизнес, а с ними постепенно и туризм. Несколько новых храмов построены в память о снесенных. Иваново – город современный, город чистый и уютный.
Рассвет над новой Троицкой церковью
В конце 1967 года журналист газеты «Советская культура» Юрий Бычков отправился в путешествие по русским городам, побывав во Владимире, Суздале, Костроме, Ярославле, Ростове Великом, Переславле, Сергиевом Посаде и Иванове, выпустив по итогам поездки цикл публикаций под общим названием «Золотое кольцо». В Иванове, в отличие от других перечисленных точках сложившегося тогда туристического маршрута, древних архитектурных памятников времен Рюриковичей нет. В то время город славился как центр рабочего движения, родина первого Совета, третья столица революции, и потому получил еще один титул: «Красный рубин Золотого кольца». Однако скептическое отношение человека, никогда в Иванове не бывавшего, быстро сходит на нет, стоит ему только пройтись по старым, пусть и сменившим названия, городским улицам, залюбоваться шедеврами неоклассицизма, модерна и конструктивизма и почувствовать прерывистое дыхание вихря истории, за полтора века столько раз менявшего жизнь и города, и страны.
Евгений ШАПОЧКИН


































































