16:37На каток во Всеволожске выделят 549,7 млн

16:11На месте долгостроя в Северном Бутове возведут культурный центр

15:27Министерство ЖКХ открыло площадку «Мегабак» нового формата в г.о. Бронницы

14:52Новый корпус общежития построят для студентов РГУ нефти и газа имени И. М. Губкина

14:17Первый Чемпионат профессионального мастерства по северным профессиям стартовал в Мурманске

13:51Как в Новозыбкове будет проходить реконструкция водоснабжения

13:13Новое здание поликлиники №1 в Реутове готово на 50 процентов

12:34По реновации в районе Царицыно согласован еще один проект дома

12:12Минцифры предлагает улучшить условия для получения льготной ипотеки

11:47В поселке Емельяново построят новую поликлинику

10:49Свыше 190 предприятий обратились в Центр поддержки промышленности

10:09Многофункциональный комплекс планируется создать на улице Никольской

09:41В районе Ховрино появилась новая автостоянка

09:30Южная рокада разгрузит кольцевые дороги на юге Москвы

09:00Министерством ЖКХ в 2022 году будет отремонтировано 5 МКД в г.о. Лотошино

Евгений Герасимов: Питерские архитекторы строят пустотами, а московские — домами

logo russianconstruction.com
Евгений Герасимов: Питерские архитекторы строят пустотами, а московские — домами
Поисковые теги: Источник фото:

Есть ли разница в проектировании для Москвы и Санкт-Петербурга, объяснил архитектор Евгений Герасимов

Героем очередной встречи на Винзаводе в рамках Архитектурного года,  организованной компанией AGC и Национальным агентством по архитектуре и градостроительству, стал петербургский архитектор Евгений ГЕРАСИМОВ. Этот мастер известен своими размышлениями на темы классики и историзма в архитектуре. Хотя Евгений порой не отказывает себе и в чисто модернистских проектах, со сплошным остеклением и торжеством современных технологий

Нынешняя встреча была посвящена эволюции светопрозрачных конструкций. И, надо сказать, Евгению Львовичу удалось такую эволюцию показать — причем исключительно на примере своих работ.

По мнению Евгения Герасимова, человеку вообще-то не очень свойственно открываться, выставлять себя напоказ. Наоборот, ему удобнее быть окруженным крепкими стенами — отгородиться от мира за окном. Поэтому, считает архитектор, использование светопрозрачных конструкций в том или ином проекте должно быть стопроцентно оправданным. Это уместно в офисах, школах — там, где нужно много света. И не совсем уместно в жилой застройке. Сам Евгений Львович этого правила старается придерживаться. Хотя светопрозрачные конструкции любит и мог бы их использовать гораздо чаще.

 

Одно из заметных зданий последних лет в Петербурге — банк «Санкт-Петербург» сверкает гранями практически тотального остекления. Причем, как рассказал автор проекта, очень трудно было найти подрядчика на работы по монтажу светопрозрачных конструкций для этого объекта — один из фасадов банка криволинейный. В итоге помогла одна из российских компаний, специализирующаяся на сложных конструктивах.

Архитекторам на этом проекте пришлось преодолеть еще одну сложность: на некоторых участках уже смонтированные светопрозрачные панели начинали «трещать». Пришлось их частично менять. Потребовались дополнительные проектные усилия.

Другая работа Евгения Герасимова, совместно с Сергеем Чобаном и бюро Speech, — Невская ратуша. Это новое здание, куда совсем недавно переехали все муниципальные службы Санкт-Петербурга. Ранее они располагались в петербургских дворцах, коих немало в этом городе. Идею собрать все службы в одном месте для удобства предложила Валентина Матвиенко. И, действительно, после переезда работа мэрии стала эффективнее: не надо путешествовать через весь город, чтобы попасть из одного ведомства в другое.

Заметим, что со своим соавтором, Сергеем Чобаном (бюро Speech), Евгений Герасимов дружит всю жизнь. «За два десятилетия мы ни разу не поссорились», — говорит Евгений Львович. — Потому что, считаю, дружба дороже всего: денег, каких-то материальных интересов».

Ретроспектива работ Евгения Герасимова продемонстрировала, что за последние десятилетия светопрозрачные конструкции действительно преодолели огромный путь. От простейшего остекления до стекол с самыми разными свойствами, шелкографии, печати на стекле. В том же банке «Санкт-Петербург» применена печать на стекле, изображающая интерьеры петербургских банков разных эпох.

Надо сказать, что нынешнему гостю Архитектурного года хватило буквально пяти минут, чтобы завоевать зал, — обаяния у него с избытком. Он сразу же признался, что не понимает архитекторов, которые начинают выспренно рассуждать о своей профессии: «мол, архитектура — это моя жизнь, без архитектуры я не могу ни дня, без нее я не проживу». «Проживу! — ни грамма не лицемеря, говорит архитектор. —  Для меня архитектура — это работа. Да, любимая. Но всего лишь работа. Считаю такое спокойное отношение к своему ремеслу правильным».

Рассуждения Герасимова по поводу классики и модернизма достойны цитирования.

— Не вижу ничего плохого в исторических стилях, — говорит Евгений Львович. — Нет ничего зазорного в том, чтобы делать заимствования из лучших образцов архитектуры прошлых веков. На минуточку, великий Кваренги, построивший пол-Петербурга, называл себя тенью Палладио. Он подражал, но талантливо. Впрочем, и сам Палладио много заимствовал из античной архитектуры.

Архитектор признается, что ему нравится плотная, «мясная», как он ее называет, архитектура. Где есть выразительные объемы, фактуры, тени. Любимые архитекторы — Петер Цумтор, Ричард Роджерс.

Под конец петербуржец Евгений Герасимов, попытался объяснить, чем отличается питерский архитектор от московского. Оказывается, первый строит пустотами (петербургские архитекторы застраивали территорию от одного пустующего пространства до другого), а второй — домами (у москвичей другой менталитет: они мыслят домами-кварталами). Петербург — город умышленный, Москва — стихийный.

А вообще, по твердому убеждению Евгения Герасимова, архитектор-профессионал должен учиться строить все и везде. Как Моцарт, уметь сочинить и менуэт, и реквием. Причем и то и другое — одинаково качественно.

Елена МАЦЕЙКО



Похожие публикации





Партнеры